Дядя самых честных правил 9

Чтобы осмыслить сказанное, фон Коху потребовалось меньше минуты. Он поднялся с кресла, выпрямился и одёрнул камзол. Сделал шаг вперёд и низко поклонился.

— Простите меня, мессер. Я вёл себя недостойно и как дворянин, и как офицер. Уверяю, мне хотелось бы назвать вас своим другом, если вы позволите. Даю слово чести, что вы можете рассчитывать на меня в любом деле, если оно не связано с моим долгом службе и короне. И прошу вас оказать честь «чёрному кабинету» в моём лице и помочь найти похищенных.

— Моя помощь обойдётся вам недёшево.

— Мессер…

— Речь не о деньгах. Ваш wand де Гуа, барон."

"— Простите, мессер, но это служебное оружие, и я не вправе распоряжаться им.

— Вы дадите мне его на сутки, чтобы изучить устройство. Не беспокойтесь, он вернётся к вам в полной сохранности.

Фон Кох подумал и согласно кивнул.

— Кроме того, мне будет нужна от вас одна услуга.

— Слушаю вас, мессер.

— Насколько я знаю, в Венеции достаточно сильно влияние Австрии. Верно? Я хочу побывать в Арсенале, барон.

— Боюсь, это сложно будет устроить. Наши позиции в республике не настолько сильны, чтобы они разрешили подсматривать их секреты.

— Бросьте, барон! После того как Венеция объявила о нейтралитете, их военный флот перестал быть силой. А секреты Арсенала устарели лет сто назад. Тем более я готов оплатить взятки нужным лицам и работу ваших людей.

— Хорошо, мессер, — фон Кох вздохнул, — я сделаю всё, что смогу. Вы сможете попасть в Арсенал.

— Отлично! Тогда давайте найдём ваших певичек и успокоим наследника Иосифа.

* * *Со мной поехал только Мурзилка, настойчиво потребовавший взять его «на прогулку». Фон Кох если и удивился такому повороту, то ничего не сказал, и только косился на кота, когда мы ехали в экипаже.

Как я и предчувствовал, барон привёз нас в Кернтнертортеатр, в подвал которого мы с Кижом заглядывали этим утром. Но сейчас я не стал туда рваться, показывая осведомлённость. Прошёл с бароном в гримёрку, откуда пропали девицы, и тщательно всё там осмотрел.

— Они обе были здесь?

— Да, мессер.

— Медальон первой похищенной с вами? Покажите мне его.

Я сличил образец на золотой безделушке с обрывками эфира на предметах в комнате, подтверждая догадку. Похоже, обитатель подземелья питал особую страсть к оперным певицам.