Только я взвёл стрелу и прицелился, как в моём секторе обстрела возник Пересвет! Здоровенная фигура в прыжке с топором показалась мне неестественно воздушной. А следом неестественно тяжёлой! Потому что опустился витязь прямо на медведя и долбанул по боку со всей дури.
Первая половина топора погрузилась в тушу полностью, но тварь не сдохла, дёрнула лапой, смахивая витязя легко. Ему пришлось даже выпустить древко, ибо оно застряло, чтоб не получить когтями по квадратной морде.
Не давая Берендею очухаться, прыгаю на него сверху уже я, оттолкнувшись корнями.
Снег — хреновая поверхность, но я рассчитал. Метель чуть развеялась, видно, как сюда стягиваются все дружинники нам на помощь! Но что они могут⁈ Когда здесь туша каменная, лапа, как две львиные, а когти, как у велоцираптора.
Меч мой летит ему прямо в скулу. Лезвие с треском обламывается, будто в гранит ударил. Тварь уже начинает вставать, хотя от топора Пересвета, похоже, ей не очень сладко. Не теряя времени, заряжаю кулаки, костяшки плотнее деревом укрепляю.
Да прямо по глазу долблю. Двоечку прописываю, бам, бам! По челюсти, щёлк!! Подныриваю под махающую неуклюже лапу. Новой серией бью в глаз и сразу корни впускаю! Шкура, кости, мышцы — всё бронированное и тугое. А вот глазки–то увы, лопаются, как миленькие.
Стоило мозг поразить, мутант и осел, туша расслабилась. Стою на гиганте, озираюсь. Ну где⁈ Ещё⁈ Где вы твари⁈ Но уже не слышно рёва. Всё, отбились.
Метель стихает, видимость улучшается.
Оказывается, ещё один Берендей был, самый мелкий, с которым наши мужики завозились у избы неподалёку.
Народ подступает, всё ещё не веря в победу.
— Не расслабляемся! — Кричит Пересвет и топор свой из туши выковыривает, рыча. — Те простые, а этот Берендей ранг на третий тянет. Хорош, Ярослав, хорош. Ловко ты ему глаз проломил.
Хвалит меня ещё, как преподаватель. Хотя в последней фразе улавливаю сарказм.
— Мы вместе его, — решил поскромничать, через ногу незаметно втягивая свои атакующие корни.
— И то верно, — соглашается витязь.
— Однако не испугался, барин. Как будто раньше таких видел.
— И не таких, — гнусавит Дарья, продолжая дышать тяжело.
— Да ну, — ахает Пересвет и посмеивается хитро, глядя уже на магичку. — А лук–то магический у тебя, ай–яй–яй."
"— И чего с того? — Огрызается та. — Не всё ж физической силой решается, дуболом. Да и твой топорик не прост.
Ого! А у Дашки и зубы есть.
— Всё, всё, молчу, молчу, — показывает лапища кверху витязь и дальше посмеивается.
