Руку вверх вытягиваю и вырывается она в свободное пространство! Но самому уже никак. Меня в камень закатало!
Что–то бахает вверху, три болезненных импульса, и треск. За запястье хватает чья–то стальная лапа! Сжимаю в ответ. И меня буквально выдирают из расколотой породы на поверхность. Свет факелов слепит.
Ногами отталкиваясь, полностью выбираюсь сам, только тогда Пересвет отпускает, протащив пару метров. Вижу его вогнанную в породу секиру. А с двух сторон от неё Гайю и Ру, которые уставились на меня, будто скушать хотят.
Чернявка скорее даже прибить. Но обе держаться, при всех не спешат обниматься.
Двумя вёдрами воды окатывают меня дружинники запоздало. Видимо, решили сперва, что в чёрном песке совсем не я. Зашипел, задымился. Тут и полегчало."
"— Живой, — выдыхает Пересвет и дальше кричит на всю округу. — Ярослав живой! Выбрался!!
Ратники стоящие вокруг и стягивающиеся из города ликуют. Большая часть — это мои бойцы.
Неподалёку и оба паладина стоят Млад и Благояр, малость потрёпанные и на вид ошалелые.
И протрезвевшие. Подойти не решаются, потому что меня свои плотно облепили.
— Курии всё? — Спрашиваю сипло.
— Да уж полчаса, как добили последних, — докладывает Ивар Крюк, который по таким тварям тут явно самый спец.
Мдя, что–то на этот раз в Разломе время ощущение меня подвело. Либо долго я там провозился, либо время там течёт иначе.
— Потери? — Уточняю, затаив дыхание.
— У нас девять раненных, но легко отделались…
— Хорошо, очень хорошо, — выдыхаю и валюсь на спину без сил.
— Ярослав!! — Слышу визг приближающейся Василисы, которая, похоже, верхом мчит на коне у речки.
— Нашли! Живой! — Кричат ратники. — Сюда, ваша светлость!
Глава 15
Тайное соглашение
Похоже, чтоб поехать верхом Василиса разорвала себе платье. Помог ей спуститься с седла княжеский гвардеец, один из тех, кого я по дороге отбил. Судя по копоти на щеках и растрёпанному виду, она тоже дралась за Сосково.
Поддавшись очарованию, народ притих и уставился на нашу сцену.
А Василисе палец в рот не клади, я только успел кое–как принять сидячее положение, не без помощи Пересвета, она уже подсела рядом, как родная.
Вот только сразу стала колотить меня по нагруднику своими кулачками.
— Куда полез! Дурачок! Что за дурачок?
— Да всё было под контролем, — бурчу, не в силах сопротивляться. — Сколько курий прибила?
— Пять, — выдаёт, немного успокоившись. — Они такие страшные.
— Ты молодец, наконец, занялась делом, — посмеиваюсь.
Смотрит с обидой, вот–вот разревётся.
