— Ну иди сюда, — зову, охотно прижимается, тихо ревёт.
Ещё бы. Всю жизнь во тьме, потом в шоколаде, и тут бац. Вокруг кровь да дерьмо.
Глажу по спинке.
— Я слышала, Разломы будут появляться ещё, — мямлит.
— Не бойся, со всеми разберусь, — шепчу.
— Что ты себе позволяешь, щенок! — Раздалось от князя, который взялся невесть откуда. Видимо, только прискакал. — А ну не тронь её, стража!!
Витязи нарисовались, Безсон и Русимир пешими с речки бегут.
Василиса, не поднимаясь, на отца смотрит пристально.
— А вы куда смотрели⁈ — Кричит на Безсона и адепта.
— За княжну головы всем поснимаю! Всем!! Суслов! Тебе в первую очередь.
— Он в одиночку Разлом закрыл, еле вытащили, — заявляет Пересвет. — Ты бы, князь, поостерегся о Ярославе плохо говорить.
— А ты кто такой⁈ Кто рот тебе разрешал открывать⁈ — Разоряется князь.
— Я Пересвет, друг Ярослава и служу ему верой и правдой. Будешь орать дальше вместе с конём тебя перерублю, вразумил, князь?
Впервые таким злым витязя вижу. Он и поднялся угрожающе, секиру легко вынул из трещины.
Вячеслав дар речи потерял сразу, глазами выпученными захлопал.
— Я Ивар Крюк, — обозначился и второй мой витязь со своим арбалетом. — Служу Ярославу и жизнь за него положу. Потому что дело его правое.
Тут и девки мои к князю подошли, тот сразу и растерялся. Руяна лошадь стала гладить, живо усмирив. А Гайя мне кивнула, мол, кончать его аль как.
Млад с Благояром тоже нахмурились в сторону князя.
Окинув взглядом мою напряжённую рать, которой явно не меньше княжеской, Вячеслав выдохнул.
Тем более крыть тут нечем.
Даже подошедший Безсон язык в задницу спрятал, потому что силёнок уже нет.
Один Русимир смотрит с непониманием, озирается на речку, где уже сосковские бойцы идут нас приветствовать и благодарить за помощь. Я даже грузного Головина рассмотрел в доспехах, судя по грязи на них, тоже бился.
Похоже, всё воинство вокруг нас к каменной, потрескавшейся кляксе собирается. От факелов, светло, как днём.
Василиса поднялась, теперь всё внимание на неё.
Граф Головин как раз подтягивается.
— Ярослав спас меня, — начала она громко и звонко. — И многих здесь! Если бы не он, не его дружина, не его славные витязи и воинственные женщины, город бы не выстоял. Возразите, если я не права.
Наступила гробовая тишина, которую вскоре резко прервали.
— В Навь всё! — Рявкнул князь. — Ты–то зачем полезла⁇ Без тебя бы не сдюжили⁈ А⁈ Мало мне, что матушка твоя меня оставила.
