Всех новых курий начинают спихивать обратно в розовую пропасть копьями, секирами, вилами и сапогами. Вблизи от едкого света рябит в глазах, но никто не отступает. Однако находятся заигравшиеся дураки, подступающие слишком близко, твари хватают их и утягивают за собой. Судя по истошным воплям, всё очень плохо и быстро кончается без доспехов Разлома.
Я уже и сам готов рвануть туда, чтобы закрыть портал с той стороны. Но Градимира, которая притёрлась в процессе ко мне очень близко, придерживает:
— Мы истощены, сейчас нельзя.
Около часа ещё лезут, а затем поток сходит на нет. Через три адски долгих часа наступает рассвет. А с ним закатывается в стеклянную породу вся эта долбаная щель. К сожалению, запаивается лишь на дневное время.
Останки курий с первыми солнечными лучами испаряются буквально за пару минут, создавая искажающую пространство мглу на короткое время. Даже крови не остаётся, только чёрные пятна на кусках уцелевшей древесины. Однако вонь от внутренностей и крови ещё витает какое–то время.
Воины расходятся, в движениях усталость и дающие знать о себе раны. Вскоре началась эвакуация раненных, пошёл подсчёт погибших. Никто не рад победе, потому что завтра снова полезут не меньшим числом. Может, сразу и не появится новая курия десятого уровня. Но со временем могут вылезти и более сильные твари. Потому что трещина только растёт, питаясь болью этого мира. И будет расти, пока мы туда не спустимся и не разберёмся с демоном, устроившим нам этот ад.
— Сегодня с заката соберутся все рейдеры, — сказала Градимира, слишком пристально рассматривая меня.
Видимо, потому что встал прямо на стекло, которым Разлом запечатался.
— Я буду, — кивнул, выискивая глазами моих людей. Благо с ними всё хорошо, ютятся в сторонке, прямо на погоревших брёвнах расселись.
Некоторые воины уже принялись собирать стрелы и копья, которые послужат в следующем бою.
— Чем ты разбил его глаз? — Стала допытываться магичка. — Там защиты ещё на три сотни резерва было, но никакая магическая стрела не смогла бы её пробить с первого раза.
— Не забивай себе голову, Мира, — отмахнулся устало.
— Ты сразил курию десятого уровня, но ведёшь себя так, будто для тебя это простая нечисть, не вижу радости в твоих глазах, Ярослав, — критикует дальше.
— Он сразил трёх великанов на проклятой каменоломне Орлика, — раздаётся от Светогора. — Что ему ваша курия, госпожа Градимира?
— Будьте так любезны, дайте пообщаться с другом! — Заявил и Деян.
