— Ещё бы ей не хромать, ты весишь больше её, — слышу от Гайи.
Одна Руяна молчит, пристроилась с другой стороны от Пересвета, посматривает на меня, будто высмотреть что–то хочет."
"Дорога узкая, лес со всех сторон вскоре надвинулся. Но поселения меж деревьев проклёвываются. После полудня завернули в одно такое, что у речки стоит. Люд принял радушно, несмотря на то, что половина домов пустует.
Купили у местных яиц варёных да картошки, витязю ведро молока. Сидим на бережку, пикник устроив. Хорошо тут, решили на пару часиков зависнуть.
Лица у друзей счастливые. Даже жрица улыбается, оказавшись среди деревьев у водицы.
Раздал всем по десять золотых монет премии.
— Ваша доля, братцы, — прокомментировал.
Пересвет с радостью захапал лапой здоровенной и загребущей. Гайянэ покривившись, взяла. А Руяна выпалила:
— Мне золота не надо, я служу сыну Ярило от сердца.
— Бери, сказал, — прошипел на неё. — Все тут от сердца мне служат. А я от сердца даю.
— Отрывает прям, — посмеивается витязь и получает от меня дружеский удар кулаком в плечо.
— Убьёшь, барин, пощади! — Посмеивается в ответ витязь.
Жрица насупилась, но монеты приняла.
— Купишь себе трусики барские, кружевные, — выпалил Пересвет и заржал гадко. Что–то он в последнее время совсем разошёлся.
Жрица отвернулась, закатив глаза. Вроде всё равно ей на подковырки, а что–то ветви над нами всё сильнее шелестят.
— Можно и платьев, и карету с белыми лошадками, — дальше мелет идиот.
— Сейчас чья–то кобыла в речку пойдёт топиться, — прокомментировала Гайя.
И витязь захлопнул, наконец, пачку.
Руяна едва заметно улыбнулась. И это заметили все.
— Прости, сестрица, я просто пытаюсь тебя развеселить, — пробурчал Пересвет. — За Дарью во век твой должник, так что можешь и кобылу утопить, я злиться не стану.
— Так, всё, — фыркнул я. — Пей своё молоко.
— Да не хочу уже, там какие–то волосы плавают, марли у них что ли нет? — Возмутился. — Эй, старуха! Что тут за волосы в ведре?
Услышав ворчание верзилы, бабуля наоборот поковыляла ещё быстрее прочь.
— Это лобковые, — выпалил я, не стерпев, и заржал от души так.
Аж на всю деревню закатился.
— Бабкины что ли? — Уточнил Пересвет и сам заржал.
А вот девки юмора явно не уловили. Рожицы недоумевающие сделали.
Откинулся спиной в траву. Под журчанием водицы нежусь, глядя, как через кроны косые лучи пробивают, ветерок порывистый листвой поигрывает, как живой. Ох, и хорошо тут. Спокойно среди верных друзей.
