— Ха! — громко усмехнулась женщина, довольная моим ответом. — Какой всё-таки наглый и самоуверенный у нас тут мальчик! Мне это по душе, Александр. Что ж… Полагаю, едем в МАУД? С радостью подвезу, раз уж ты уже сел в машину.
— С радостью воспользуюсь вашим предложением, раз уж вы предлагаете, — легко ответил я.
Графиня удивлённо распахнула глаза.
— Что-то не так? — изобразил и я удивление.
— Признаюсь, полагала, тебя ещё и уговаривать придётся, мальчик. А ты сразу согласился.
— Тяжело жилось в приюте, — напоказ вздохнул я.
— Привык, знаете ли, использовать все доступные ресурсы.
— В Академию, — тихо сказала камеристка графини водителю, когда машина выезжала с территории кадетского корпуса.
Некоторое время мы ехали молча. Я смотрел в окно, любуясь Москвой двадцать первого века. Разумеется, Вечный Город — как у меня на Родине прозвали столицу мира незадолго до Второго Пришествия — выглядел совершенно иначе, чем я помнил.
Волшебное чувство — я будто бы оказался героем исторического фильма. Ну или попал вдруг в фотографии четырёхсотлетней давности.
— Ты совершенно не смущаешься, оказавшись в одной машине с графиней, мальчик! — не то восторженно, не то осуждающе выпалила Айседора Ивановна, наблюдавшая за мной всё это время.
— А должен? — повернулся я к ней. — По закону — точно нет.
— И даже не боишься… — уважительно покачала она головой.
Я позволил себе очередную улыбку и ответил:
— Не вижу для вас смысла мне чем-то вредить. А вот наградить меня для вас — дело чести.
— Нет, ну ты посмотри на него! — всплеснула руками графиня, повернувшись к Марфе.
— Он ещё и про должок мне напомнил! Ишь какой! Ну ладно, я поняла, от награды своей ты отказываться не собираешься… Деньгами возьмёшь? Дам пять тысяч.
Она хитро улыбнулась и впилась в меня цепким взглядом. Что, думает, восемнадцатилетнего сиротку поразит сумма, равная зарплате среднего простолюдина за три года?
— А ребятам сколько? — спокойно спросил я.
— Нисколько, — пожала она худенькими плечами и продолжила с любопытством смотреть на меня.
— Значит, придётся пять тысяч делить на девять равных частей, — вздохнул я и повернулся к окну.
— На девять? — заинтересовалась графиня. — Вас же одиннадцать вернулось?
— Загайнову и Омарову хватит и двухсот рублей от Империи, — ровным тоном ответил я, совершенно не желая выдавать премию двум предателям.
— Что? — выпалила графиня. — Вам дали по двести рублей? За Проклятые Земли, или…
— За помощь вам, — усмехнулся я.
Графиня замерла, округлив глаза.
