Конечно, не сделаю. Потому что ректор не допустит, чтобы дело раскрутилось до таких масштабов.
Ректор явно живёт по принципу: если делаешь херню — делай так, чтобы никто не узнал. Зачем ему преподаватель, пусть и иногородний аристократ, который так откровенно подставляется?
— Я понял тебя… — поднял обе руки преподаватель, признавая поражение. — Претензий не имею. Удали видео.
— Нет, — спокойно ответил я.
— Как «нет»⁈ — яростно выкрикнул он, раздувая щёки от возмущения.
— Никак нет. Всё, что здесь произошло, — обвёл я взглядом лестничную площадку третьего этажа общежития для преподавателей и персонала, — останется нашей маленькой тайной.
Мы продолжим жить, как и жили. А видеозапись не получит публикацию и останется для всех нас гарантом, что наша прежняя жизнь и будет продолжаться дальше.
Он скривился и раздражённо кивнул. Затем резко повернулся и в два шага дошёл до двери на этаж, распахнул её и замер.
А затем через плечо произнёс:
— Я бы ни за что не вёл себя так со студентками.
Я же не идиот, чтобы так подставляться с аристократками и Слугами родов! А простолюдинов в МАУД нет!
Я усмехнулся и, указав на себя пальцем, ответил:
— У вас неактуальные сведения.
Он снова широко округлил глаза, тяжело задышал, покраснел…
Получается, всё это время он думал, что спорит с аристократом?
— Тьфу! — не сдержавшись, плюнул он на пол и ушёл, хлопнув дверью.
— Какие невоспитанные нынче аристократы пошли, — усмехнулся я.
— Мелкий дворянишка, у рода которого даже нет недвижимости в Москве, а ведёт себя минимум как сын барона, — поддержала меня Марина, покосившись на закрытую дверь.
А затем, повернувшись ко мне, она поджала губы и поклонилась.
— Спасибо. Ты очень помог мне.
Выпрямившись, девушка напряжённо уставилась на меня.
Красивая. Даже халат уборщицы не смог скрыть спортивную фигурку девушки. Ещё и ростом высокая, и взгляд выразительный.
— Пожалуйста, — кивнул я. — Я просто не мог пройти мимо. Правда, признаюсь, не ожидал увидеть такую сцену в общежитии для преподавателей МАУД.
— Я тоже не ожидала, — процедила она.
— Неужели раньше с тобой здесь не заигрывали?
— Отчего же не заигрывали? — хмыкнула она и чуть выпятила грудь. — Заигрывали. И не раз. Но мне удавалось быть убедительной. А аристократы, к счастью, в общежитии редкость. И вообще, раньше вежливого отказа было достаточно, чтобы избавиться от ухаживаний. Такой агрессивный напор я встретила впервые за два с лишним года.
