— Вы ходите по невероятно тонкому льду, Тимофей Дмитриевич, — прошелестел я.
Проректор затрясся и застучал зубами.
— Невежливо врываться в госте к даме без приглашения и оскорблять ее гостей, — продолжил я.- Но еще более невежливо сравнивать дворянку с простолюдинкой. Какой же вы после этого мужчина, а, Тимофей Денисович?
— Т-т-ты… т-т-ты… — выдавил он из себя. — Ты не смеешь со мной так разговаривать! Сейчас за тобой нет рода⁈
«Сейчас»? — отметил я про себя. Он имеет в виду, что сейчас я не Резанов? То есть даже этот мелкий злыдень в курсе, кто я?
— Ну как же это за мной нет рода? — скривился я.
— Дружба двух боярских родов всегда со мной. Да и говорю я с вами вполне нормально. И вам советую нормально извиниться перед дамами.
— Александр не стоит… — отрывисто произнесла Анна.
— Стоит, Анна. Стоит, — не оборачиваясь ответил я.
Киреев все так же затравленно водил глазками и просить прощения явно не собирался.
— Извинись!!! — рявкнул я, тряхнув его за лацканы.
— Отпусти… те… — пробормотал он.
Пару секунд я испытывающее смотрел на него, а затем сделал вид, что стряхнул пыль с его лацканов и отошел в сторону.
— Ваше Благородие, прошу прощения за мое неуместное замечание, — сквозь зубы произнес он и поклонился баронессе. Затем повернулся к Анне и кивнул ей: — Прошу простить меня за мои оскорбительные слова. Вы правы, я повел себя невежливо. Елизавета Петровна, — пару секунд он смотрел на Галкину, а затем в очередной раз поклонился и проговорил: — Я искренне прошу прощения за то, что поставил вас в неловкое положение.
Вы знаете, как высоко я вас ценю, и знаете, что я всего лишь хотел сделать вам сюрприз.
Дверь за спиной Киреева все еще была приоткрыта, так что мы все услышали топот на лестничной площадке, а затем в прихожую квартиры влетели двое ратников Завьяловых.
— Извинения принимаются! — быстро произнесла Анна и повернулась к баронессе. — Ваше Благородие, мы уходим?
— Пожалуй да, Анна, — хмуро проговорила маленькая злюка, испепеляя проректора убийственным взглядом.
— Устала я что-то в гостях. Тимофей Денисович, прокатитесь с нами до Академии?
Киреев напряженно покосился на нее, затем на меня и ратников. Потом повернулся к Галкиной и сбивчиво произнес:"
"— Я, честно говоря, хотел бы пообщаться с Елизаветой Петровной, проведать ее, узнать, как дела… Елизавета Петровна, вы ведь позволите мне остаться?
Пусть на миг, но взгляд Киреева, направленный на Галкину, изменился. Женщина поежилась и кивнула:
— Конечно, Тимофей Денисович.
