Оставайтесь, раз уж проделали такой путь…
Она нервно начала теребить подол платья. Глядя на это, Анна обреченно покачала головой и произнесла:
— Берегите себя, Елизавета Петровна. Знайте, вы не одна. Мы рядом.
От последних ее слов, произнесенных твердым и властным тоном, Киреев поежился.
— Мы готовы вас поддержать и присмотреть за вами, — произнес я. — Очень надеюсь, что вашему здоровью больше ничего не будет угрожать. Иначе я и другие хорошие люди сильно расстроятся.
— Спасибо… — смущенно улыбнулась Галкина.
— Спасибо за заботу.
— Уходим! — велела баронесса своим бойцам.
Мы покинули квартиру Елизаветы Петровны и вошли в лифт. Его двери закрылись, несколько секунд мы стояли молча…
— Александр, вам не стоило так рисковать! — вдруг выдала Анна.
Я повернулся к ней. Смотрит на меня с укором и тревогой во взгляде, уперла руки в бока…
Такая милашка — искренне переживает за меня.
— Не было никакого риска, уверяю вас, — улыбнулся я.
— Ну как же? — возмутилась девушка. — Он — проректор! И… мне неприятно вам это говорить, но все же между вашими социальными статусами огромная пропасть.
— Ну я ж не убил его, — усмехнулся я. — И даже не покалечил.
— Еще бы вы его покалечили! — всплеснула руками Анна. — Александр, вы…
— Пожалуйста, хватит, — я снова улыбнулся, глядя ей в глаза. — Просто скажите «спасибо» и успокойтесь. Вы ведь прекрасно понимаете, что я не мог позволить этому индюку говорить с вами в таком тоне. Да и потом, если бы я не вмешался, Зинаида Константиновна его бы уж точно убила.
— Верно подмечено, Егоров, — с важным видом кивнула баронесса. Затем посмотрела мне прямо в глаза и благодарно кивнула: — Молодец. Отлично сработано. Любо-дорого смотреть было.
— Благодарю, — я шуточно поклонился ей. — Похвала от вас, как бальзам для моих ушей. Редко вы столько добрых слов за раз говорите.
— Егоров, я все еще не прочь кого-нибудь убить, имей в виду, — проворчала она и отвернулась.
Лифт доехал до подземного этажа, и мы всей компанией оказались на парковке. И вот когда уже почти дошли до машины, моего рукава коснулась изящная ручка.
— Спасибо, Александр, — тихо произнесла Анна. — Пусть ваш поступок был глупым и рискованным, но мне было приятно.
Остановившись, я повернулся к ней и, улыбнувшись, ответил:
— Пожалуйста. Ради вас я готов совершать уйму глупых и рискованных поступков, если потребуется.
Пару секунд она смотрела на меня своими выразительными карими глазами, а затем тяжело вздохнула и первой зашагала к машине.
