— Хорошая у вас страна, — хмыкнул, выворачивая руль, чтобы объехать горящий остов одной из машин кортежа. — Чувствую себя почти как дома.
Дорога тянулась лентой сквозь темноту, освещаемая только фарами нашего автомобиля. По обеим сторонам раскинулись холмы, превратившиеся в чёрные силуэты на фоне звёздного неба. Вдали серебрилось море. Ночной воздух, врывающийся через разбитое окно, нёс с собой запахи соли, водорослей и свежести. Чем ближе мы подъезжали к побережью, тем сильнее становился этот аромат.
Бей молчал большую часть пути, погружённый в свои мысли.
Зафир на заднем сиденье тихо стонал, но приходил в себя.
— Почему султан хочет тебя убить? — нарушил я молчание, когда мы проехали уже несколько километров.
Мустафа вздохнул, потёр лицо ладонями, словно пытаясь стереть усталость.
— Не меня, — покачал он головой. — Тебя.
— А, ну тогда всё понятно… — выдавил кривую улыбку и кивнул.
Почему бы и нет? Опыт прошлого требовал немедленно обдумать и накидать несколько планов действий. Решил оставить это всё на потом.
Сейчас меня немного напрягало, что у нас отказали тормоза, а я достаточно неплохо разогнался.
Хорошо, что ехать осталось около часа. И всё это время бей молился, когда я, как мне кажется, весьма умело вёл транспорт. Ну, занесло нас пару раз, с кем не бывает? Разок чуть не выскочили с обрыва, потрясло немного. Пустяки…
И вообще, кого тут должны доставить в Константинополь? Помогаю, а рядом кричат и возмущаются. Зато Зафир от моей манеры езды пришёл в себя. Он вцепился в сиденья и тоже молился.
Можно сказать, что мы подружились с турками.
Когда я остановился, то мужики дружно выдохнули. Вышел довольный, потянулся, а их почему-то трясло.
— Безумный русский! — сказал бей. — Тебе нельзя садиться за руль.
— Пожалуйста, засранцы неблагодарные! — хмыкнул я в ответ.
Главное, мы добрались до порта. Морской воздух ударил в нос с новой силой. Сотни огней мерцали вдоль берега, отражаясь в тёмной воде и создавая иллюзию звёздного неба под ногами. Корабли всех форм и размеров покачивались на волнах — от маленьких рыбацких лодок до огромных торговых судов с высокими мачтами.
Паруса, свёрнутые на ночь, казались спящими птицами.
Порт жил своей жизнью даже в такой час. Грузчики таскали ящики, моряки разгружали сети с уловом, торговцы заключали сделки.
Мы бросили машину в полукилометре от причала. Слишком заметная, вся в пулевых отверстиях, она могла привлечь нежелательное внимание. Хотя, если честно, она просто дальше не смогла ехать.
