Двойник короля 13

Мужики выглядели напряжёнными, но довольными. В их глазах читалось удовлетворение. Кто-то не сдержался и присвистнул, другой сплюнул вслед уезжающим гостям.

— Вольно! — скомандовал я.

И словно струна лопнула: люди задвигались, заговорили, кто-то даже засмеялся от облегчения. Витас хлопал бойцов по плечам, отдавая короткие приказы возвращаться на позиции.

— Вы, как всегда, великолепны, господин, — негромко произнёс Жора, склоняясь ко мне. — Они не ожидали такого… приёма.

— Будем надеяться, что урок надолго запомнят, — ответил я, хотя внутренне понимал: это лишь отсрочка.

Мы пошли обратно на территорию: Витас, Медведь, Жора и я. К нам по пути присоединился Смирнов с дочерью. Ольга выглядела измученной — тёмные круги под глазами, бледная кожа. Она шла, слегка опираясь на отца, но выпрямилась, заметив меня.

— Получилось ли показать всю глубину гостеприимства Магинских? — спросил вслух.

— Да, господин, — Жора ответил на риторический вопрос с лёгкой улыбкой. — Более чем. Имперские псы давно так не бегали.

— Предатели! — проворчал Медведь, сплёвывая под ноги. — Сначала подсылают монголов с кровяшами, потом сами приезжают с обвинениями.

Процессия двигалась в кабинет. Я шёл впереди, чувствуя, как с каждым шагом возвращаются силы. Странно, после выброса адреналина обычно наступает упадок, но сейчас меня наполняла энергия. Может, дело в новой магии?

Жора нёс бумаги и читал их на ходу, его лоб прорезали морщины. Смирнов что-то тихо обсуждал с дочерью. Девушка кивала, но по её лицу было видно, что она едва держится на ногах.

У каждой проблемы есть плюсы, если посмотреть под правильным углом. Несколько проблем объединились, и теперь не нужно ломать голову над каждой в отдельности.

Претензии монарха, мол, он не может добывать кристаллы, нападения «монголов» на моей территории и суд земельных аристократов — всё это объединилось в одну задачу. Хорошо, что там ещё остаётся?

Тётка, а точнее, мать. Странная персона, очень странная.

«Повезло же с роднёй», — подумал я, усмехаясь собственным мыслям.

Для Василисы во всём виноваты Магинские. Мужик, от которого она забеременела, мёртв, дед — тоже. Остались сестра-близнец и я. И она не видит во мне сына — только инструмент, который можно использовать.