Тварь зашипела, как огромная змея, обнажая клыки, и… растворилась в воздухе.
— Не бойтесь, — Маргарита даже не дрогнула. — Они тут все такие. Сильнее своих лесных собратьев.
Словно в подтверждение её слов из бокового прохода выползла воздушная змея. Но не та, что я видел раньше, — эта была раза в два длиннее. Её огромная голова покачивалась в воздухе, а вдоль тела пробегали волны силы, от которых воздух вокруг дрожал.
В следующем зале нас встретила стая грозовых волков. Их зрачки сияли не просто электрическим светом.
Настоящие шаровые молнии перекатывались в глазницах. Пластины на телах отливали металлическим блеском, а вокруг лап плясали уже не искры, а полноценные разряды.
Под ногами хрустнуло. Я опустил взгляд. Человеческий череп, расколотый чьими-то мощными челюстями. И чем дальше мы шли, тем больше попадалось останков. На некоторых костях ещё висели куски почерневшей плоти.
Вожак стаи, заметив нас, лишь повёл ухом. Никакой агрессии — только холодный оценивающий взгляд существа, знающего свою силу.
Всё это время я сжимал рукоять меча и держал иглы наготове. Никак не мог поверить, что вот, совсем рядом, вижу тварей, а они не нападают. Маргарина бросала на меня взгляды и лишь улыбалась.
Прокрутил в голове варианты. Как бы ни хотелось признавать, но она сильнее меня. Пока… Хотела бы убить — сразу бы убила.
Тем временем стая грозовых волков скользнула мимо, растворяясь в темноте. Но я кожей чувствовал их присутствие. Они не ушли, а затаились, наблюдая. Странно, все твари здесь вели себя одинаково: замечали Маргариту, оценивали меня и отступали в тень.
Словно выжидали.
— Они… разумные? — выдохнул я, перешагивая через очередной скелет.
— Не совсем, — Маргарита покачала головой. — Просто эволюционировали. Магия рудника меняет их.
— Значит, это всё из-за магии рудника? — я поднял горсть манапыли, позволяя ей рассыпаться между пальцев. — Но почему они вас слушаются?
— Не слушаются, — Маргарита качнула головой. — Просто… Признают во мне свою. Такую же тварь, — последнее слово она произнесла с горечью.
Девушка замерла. Из бокового туннеля донеслось тяжёлое дыхание. Водяной медведь… Он двигался неторопливо, почти лениво. Его чешуя тускло светилась в темноте, между пластин пульсировали отростки.
Тварь принюхалась, и вдруг её мутно-белые глаза уставились на мой клинок. Что-то изменилось в этом взгляде — будто монстр узнал оружие, сделанное из когтя его собрата.
И в следующее мгновение рёв сотряс стены туннеля.
