— Нужно родителям написать.
— Хренита… — оборвал его. — Запомни: ты оружие, такое же, как и другие. Просто задачи у тебя несколько иные. И не вздумай ничего лишнего сообщать, а то \быстро к стенке поставят за раскрытие секретной информации.
Парень мгновенно стал серьёзным. Краска схлынула с его лица, а улыбка увяла, как цветок в мороз.
— Понял, — кивнул Кость.
— Смотри, твоя задача — играть дурачка, моего помощника, — продолжил я, понизив голос. — Всё слушать и запоминать, вот прям слово в слово, а потом докладывать мне.
— Есть! — тут же собрался паренёк, выпрямляясь на сиденье.
Водитель впереди, кажется, не обращал на нас внимания, но я всё равно не стал говорить ничего лишнего. Пожалуй, мы обсудим все детали позже, когда действительно останемся одни.
Достал из внутреннего кармана документы, которые дал мне Журавлёв, и ещё раз их пролистал. Интересно… По этим бумагам выходит, что я наконец-то стал земельным аристократом, но с должностью младшего лейтенанта. И в офицерской школе буду играть… самого себя.
Улыбнулся, подумав: «Вот это уровень. Магинский будет Магинским». Хотя… в школе наверняка есть шпионы. И если враги не дураки, то они вербуют именно земельных аристократов и офицеров. Крайне правильная мысль — перетянуть хотя бы нескольких на свою сторону. Это был бы успех. Значит, придётся изучать всех.
Пока я размышлял, бумаги в моих руках слегка помялись от напряжения. Расслабил хватку и спрятал документы.
Солнце било в глаза сквозь пыльное стекло, заставляя щуриться. Машина подъехала к вокзалу, когда светило уже клонилось к закату.
Нас никто не сопровождал — просто дали билеты и отправили восвояси. Забавно, что с сотрудниками тайной разведки обходятся так просто. Хотя это тоже может быть частью прикрытия.
Поезд выглядел получше того, на котором мы ехали раньше. Более широкие вагоны, чистые окна и, судя по всему, менее уставшая бригада проводников. Заняли свои места.
Костёв тут же метнулся в сторону вагона-ресторана. Вернулся с подносом, на котором виднелись три порции ужина для него и ещё пара — для меня.
Просто удивительно, как в этом тощем теле помещается столько еды.
Я же в это время смотрел в окно, наблюдая, как меняется пейзаж. Меня не оставляла мысль о необходимости связаться со своими людьми, скоро потребуется их помощь. Но как это сделать? Пальцы барабанили по столешнице в такт стуку колёс.
Сержант набил брюхо и тут же завалился спать, приоткрыв рот. Тело, недавно прошедшее через испытания, требовало отдыха.
