Повторил процедуру, на этот раз вложив больше усилий в контроль над потоком энергии. Результат остался прежним — никакого качественного скачка.
Улыбнулся. Ничего, у меня ещё двадцать штук. Одного не хватило для перехода на шестой ранг, двух тоже… Но когда-нибудь порог будет преодолён. А на шестом ранге откроется возможность копировать новые виды магии. Это лишь вопрос времени.
Закрыл глаза и позволил себе уснуть. Ещё в моём мире говорили, что настоящий солдат умеет спать не когда хочет, а когда надо и есть возможность.
* * *Проснулся от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Открыл глаза и уткнулся взглядом в широкоплечую фигуру, нависшую над полкой. Как он зашёл? Заларак уже был за его головой, готовый атаковать."
"Мужик разглядывал меня с таким видом, будто изучал насекомое. Его лицо было перекошено старым шрамом, разделявшим правую щёку от виска до подбородка. Нос сломан минимум дважды. Половина зубов отсутствовала, что не мешало ему методично пережёвывать махорку.
— Встал! — рявкнул он так, что в ушах зазвенело.
Я молча приподнялся, оценивая ситуацию. Серая форма без знаков различия, но с какими-то нашивками на рукаве. Мощные руки покрыты шрамами от запястий до закатанных манжетов. Глаза, как два куска льда под нависшими бровями.
— Кто вы? — спросил я, решив пока не лезть на рожон.
— Прапорщик Грынко, — отчеканил мужик, — Тимофей Игнатьевич.
Он сплюнул жёваную махорку в маленькую металлическую коробочку, которую тут же убрал в карман.
— Так, значит, Магинский, — военный скривился, словно проглотил что-то кислое.
— Ещё один… бесполезный кусок мяса. Скоро подтянутся и остальные сопляки.
В его голосе звучало такое презрение, что я невольно выпрямил спину. С такими людьми тирада про то, что я барон и земельный аристократ, не прокатит. А просто так сотрясать воздух я не собирался. Убить? Нет веской причины.
На таких персонажей нагляделся ещё в прошлой жизни. Для них армия — это дом родной. Единственное, что меня сейчас смущало: у него есть ключи от купе. Уже пытался разместить паучка, но им тут мало места.
Ладно, придумаю что-нибудь.
Грынко окинул взглядом купе, заметил спящую Лахтину, и скривился ещё сильнее.
— Бабу притащил, — буркнул он. — Совсем ополоумели! На войну, как на пикник, едут.
Я решил промолчать. Прапорщик явно напрашивался на конфликт, но мне это было не нужно. По крайней мере, пока.
— Через час будет Томск, там ещё подсадка. Вагон не только для тебя, красавчик, уяснил? — продолжил он тем же тоном.
— Да, — коротко ответил я.
