Эпоха Опустошителя. Том I (СИ)

Скорее всего пытает, но не так, как ты предполагаешь. Можешь поверить мне на слово, это не стоны боли.

— Разрази меня Инферно… — напряженно пробормотал Рамас, медленно оседая вниз по стене. — Похоже, обошлось. Мы зря переживали.

— Что ж, — рассмеялся себе под нос Аркас, переглядываясь с ухмыляющимся Гангратом. — Похоже, он и вправду на кого-то напал, но не так, как мы думали.

— Ранкар и вправду напоминает собой берсеркера, — хмыкнул весело минотавр. — Те аналогичным образом сбрасывают пар.

— Чего вы ржете?! — насупился внезапно веснушчатый.

— Пойдём, Цуг, не будем мешать, — хлопнул полубог по спине парня, медленно уводя его прочь. — Я уже и забил, что ты никогда не занимался подобным. До этого во Фронтире не выпадало время, да и девицы попадались так себе, а когда нас приговорили уже стало не до того. Но обещаю, что мы исправим это недоразумение.

— Скажи, малец, ты как относишься к ветренным менадам, путанам, куртизанкам или же жрицам любви? — в лоб спросил здоровяк, на пару с Аркасом оттаскивая юношу как можно дальше от казармы.

Стоило ему заслышать подобное, как он тотчас оторопел и с расширившимися глазами посмотрел на дверь.

— То есть он… — краснея на глазах стал мямлить парень. — Он…

— Да, мой юный друг. Я слышал, что в лагере Ксанта под такие нужды для воителей отведен целый квартал. Если всё сложится, то мы как-нибудь сводим тебя туда.

— Но… но с кем? — смущенно пролепетал Цуг.

— А ты разве не узнал голос своей спасительницы? — приподнял брови Рамас, шагая следом.

— Далеко уходить не будем, — спокойно отозвался Тэйн, оглядываясь по сторонам. — На всякий случай покараулим здесь, — но секунду спустя тот невольно скосил взор на терата. — Однако твоё предложение о походе в красный квартал мне по душе, Грат.

— Гореть мне на лавовых полях Инферно! — поперхнулся деланно тифлинг, под тихий смех товарищей. — Наш святоша и носитель света решил поддаться прелюбодеянию.

— Я бывший святоша и бывший носитель света, — пожал серафим беззаботно плечами. — Теперь мне всё можно…

Первые мгновения после пробуждения, сознание представляло из себя, что ни на есть чистый лист. Давно я не ощущал себя столь отдохнувшим. Очень давно. Внутри преобладала странная пустота. Приятная пустота. Однако стоило слуху заслышать мерное девичье сопение под боком, как все воспоминания о вчерашнем дне разом вернулись.