Фиктивный брак (СИ)

— Спокойной ночи, Эйвери, — он смотрел мне вослед, а я поспешила сразу в кабинет, где зажгла свечу магией и достав из стола чистый белый лист, поспешно записала стихи, еще звучавшие в голове. Только перечитав их несколько раз, спрятала лист в стол и встала.

В воздухе, пронизанном прохладой, дрожало пламя свечи. Дрожало и мое сердце, которого коснулось что-то легкое, невесомое. Что-то, чего я боялась.

По сути, я просто сбежала от своего генерала. А ведь стоило просто поцеловать его, сделав то, чего мне хотелось.

Но тогда я точно пропала бы, окончательно и бесповоротно. В любви нет ничего хорошего. Опыт с Чарльзом это доказал и, хотя они с Эдвардом как земля и небо, я пока не настолько потеряла себя, чтобы забыть то, к чему стремилась.

Задув свечу, покинула кабинет. И уже лежа в постели, слушая звуки ветра, шумевшего за окном, я видела лицо Неда и стихи, которые он читал мне этой ночью. Отчего-то глаза генерала в тот миг были темными, как самая глубокая ночь. И огонь, что горел в их глубине, обжигал, касаясь ласково и обещая что-то немыслимое и невероятное.

— Эйвери, как хорошо!

Габриэль выбежала вперед, ухитрившись обогнать на тропинке Джесси. Впрочем, собака вскоре догнала свою маленькую хозяйку и, заливаясь радостным лаем, устремилась к берегу.

Море сегодня было удивительно спокойным. Как и моя душа.

На сердце стало легко, что мне казалось, будто взмахни я руками, и взлечу, поднимусь к самому небу, к пушистым облакам, так похожим на взбитые сливки.

— Осторожнее, Габи! — крикнула вдогонку девочке, радуясь, что мы вышли на прогулку едва ли не сразу после завтрака.

Маленькая дочь Неда, услышав мой крик, остановилась, обернулась и, вскинув руку, помахала, а затем бросилась за собакой, которая уже гонялась за наглой толстой чайкой, прыгавшей по песку. Этим двоим было хорошо друг с другом и я в очередной раз поняла, насколько правильным оказалось решение оставить девочке таксу.

— Ты уже начинаешь привыкать к мальчику, — произнес отец.

Спустившись следом, он подал мне руку, и мы вместе пошли к берегу, наслаждаясь шелестом волн.

— Да, ты прав, — ответила тихо.

Наверное, это было плохо. И для меня, и для Габи. Но я просто не знала, как мне игнорировать ту, что тянется ко мне. Теперь нас объединяла еще и тайна девочки. Глядя на Габи, прыгавшую и дразнившую птицу, невольно удивлялась себе самой и тому, как могла так долго принимать ее за мальчишку.

Она была прехорошенькая.