Но и вы должны понимать, к каким последствиям могут привести ложные обвинения.
— Я понимаю, — поспешно бросила я и посмотрела на часы. — Уже почти восемь. Встреча с Элоизой должна состояться в девять. Осталось мало времени, инспектор. Не перейти ли нам к делу?..
* * *В половину девятого мы покинули жандармерию и отправились к месту, указанному Элоизой.
Теперь в экипаже мы ехали втроем: инспектор Уитмор, молчаливый мистер Смит и я. Это не возбранялось, потому что, во-первых, инспектор был должностным лицом, а, во-вторых, нас было трое.
Забавно. Наедине с одним мужчиной — недопустимо, а с двумя — пожалуйста!
Чем ближе мы были, тем сильнее я нервничала и потому старалась отвлекать себя чем угодно, пусть даже и глупыми мыслями. Чего ждать от встречи с Элоизой? Я не представляла. Где целый день пропадает герцог? И что он скажет, когда узнает, к кому я обратилась за помощью?.. Впрочем, не плевать ли мне было? Это Норфолку следовало волноваться, что скажу ему я!
Уехал, ничего не сообщив. Оставил меня одну — что мне осталось делать, пока он тешил свое самолюбие и гордыню? Еще и Уильяма за собой утянул… Впрочем, это — к лучшему.
У Элоизы тоже не осталось выбора жертвы, которой она могла бы манипулировать, и потому она обратилась ко мне, а не к младшему брату…
— Миледи? Миледи, вы меня слышите? — недовольный голос инспектора вернул меня в реальность.
Он сидел напротив меня со скорбным выражением лица.
— Мы подъезжаем, — оповестил он. — Как и условились, вас мы высадим загодя. Жандармы войдут в сквер с противоположной стороны, я и ваш… охранник пойдем следом за вами, на расстоянии.
— Хорошо, — я покладисто кивнула.
Этот план мы обсудили трижды, он отлетал у меня от зубов, и не было необходимости повторять.
Инспектор смерил меня недоверчивым, по-прежнему раздраженным взглядом. Плевать, что он думал. Главное — предоставил жандармов и поехал сам. Я подозревала, что больше для того, чтобы стать разоблачителем моих хитрым и коварных интриг, ведь в виновность Элоизы он не верил. Опять же — плевать.
Я не собиралась ему ничего доказывать, я лишь хотела избавиться от них всех раз и навсегда.
Я покинула экипаж на набережной и, стуча каблучками, направилась по мостовой вдоль изгибов реки в сквер. Мой путь освещали тусклые газовые фонари. По левую руку были фасады зданий с темными окнами. Этот район кипел жизнью в теплое время года и по выходным, но сегодня, поздним вечером рабочего дня, был тих и пустынен. Редкие конки проезжали мимо, и каждый раз я вздрагивала.
