Гарем на шагоходе. Том 4

Зеленоволосый покосился на нее:

— Смотрю, настроение у нашей красавицы теперь паршивое. ПМС?

— Я рептилия, дебил! — она рывком потянула на себя рычаги управления, поднимая Скавенжер на лапы.

Джаз молча сидел сзади и смотрел на обзорный экран, где мелькала дорожная разметка, небоскребы, автомобили, роботы, светофоры, эстакады.

— Мони, можно? — спросил он через пару минут.

Тяжело вздохнув она кивнула. Просиявший бугай потыкал в сенсорную панельку на подлокотнике, кабину заполнила заунывная джазовая мелодия.

"

"— Твою мать, как меня достал твой музон… — проговорил Газон и нацепил наушники.

Моника уже давно ничего не слышала.

Когда гиена рванула с места, она погрузилась в собственные мысли. Пыльные улицы, мелькавшие на экране, словно растворялись. Перед глазами вставали совсем другие картины — война.

Сталь пилотской кабины, ее холод — совсем как сейчас.

Рычаги, приборная панель, запах моторного масла. Только картины перед носом машины отличались — они до сих пор жили в ее подсознании.

Вторая межконтинентальная.

Большая часть мира успела рухнуть, Империя сражалась с Конфедерацией.

Две гигантские силы, которые устроили самое кровопролитное сражение за ресурсы в истории планеты. Их не интересовало ни мирное население, ни города, ни даже собственные солдаты, которых они бросали на смерть.

Дестро, Цверги, Волоты — все служило разменной монетой.

Она тогда служила под знаменами Империи. Молодой, но уже опытный пилот боевого Цверга.

Ей нравилось управлять механическим ужасом. И нравилось идти в бой под началом Ледоруба. Но война затянулась.

Империя и Конфедерация впились друг в друга железными клыками и не собирались отступать. Линия фронта сдвигалась то в одну сторону, то в другую. Увязала в бесконечных болотах, терялась в джунглях, клокотала в горящих городах.

В ходе очередной стычки Волоты, которых сопровождало подразделение Цвергов под началом Ледоруба, погибли. Большая часть малых машин тоже оказалась уничтожена.

Их осталась горстка. Ледоруб тогда предложил плюнуть в лицо государства, которое уже давно плюет на них. Так они превратились в дезертиров. В бандитов, которые пытались выжить в горящем мире.

Больше они не были частью зверского оскала Империи.

Они стали «Выбитым клыком».

А потом случилась битва за Древень.

Глава 8

Ломбард

Моника помнила тот день, будто он случился вчера.

Древень разрушили до неузнаваемости.