Они брызнули в разные стороны и погасли, оставив после себя в воздухе серебристый овал. И в этом самом овале, словно в открытом на улицу окне, вдруг замелькали живые картинки.
— Смотрите… Внимательно смотрите…
И я смотрела…
На остов сгоревшего дома. На Вареса, державшего меня за плечо. На отца, стоявшего напротив нас.
Я снова была там, на пустыре. Беседовала с герцогом и говорила вроде бы то же самое, но в то же время совсем… Совершенно же не то!
— Ну, здравствуй, дочь…
— Я рада…
— Долг превыше всего…
— О да, согласна…
— Брат тоже с тобой?.
.
— Нет… погиб…
— Мне нужно пройти в королевский дворец, и ты мне в этом поможешь…
— Сэлмон ли Парс мой жених… Я вывела его из города…
— Долг крови…
— Я помню, папа… Никому не расскажу о нашей встрече. А мы?.. Планируешь забрать с собой?..
— Здесь останется мой человек и будет ждать до вечера…
Собеседники говорили то тише, то громче, в висках гудело, и я не все разобрала. Но и того, что услышала, хватило бы, чтобы саму себя обвинить в пособничестве чистым.
Отец отдавал распоряжения, послушная дочь с готовностью соглашалась — все выглядело именно так. И ни слова о том, что я наотрез отказалась помогать. Ни наших споров, ни его угроз, ни моих возражений, словно их никогда и не было.
Серебристый овал потух, кристалл захлопнулся, и я перевела потрясенный взгляд на высшего.
— Но… Это же неправда!
— Что неправда? — хмуро переспросил маг. — Вы не дочь главного королевского советника? Не невеста Сэлмона ли Парса? Вы не встречались со своим женихом и отцом, которых сами же до этого объявили погибшими? Не помогали им? Что в этой записи не соответствует действительности?
— Я уже подтвердила, что герцог ли Норд мой отец.
— Постаралась взять себя в руки. Я должна, обязана все объяснить, убедить его в своей невиновности. — И да, Сэлмон ли Парс мой жених. Бывший. Я действительно встречалась с ними, но помогла только Сэлну… гм… герцогу ли Парсу, всего лишь проводила его за городские ворота. А отцу я отказала… Я не вру… Прошу вас, поверьте.
Не поверил. Ни сейчас, ни через полчаса, ни через час. Все мои доводы и признания разбивались об одни и те же слова.
Информацию, которая хранится в кристалле, подделать невозможно, и она однозначно доказывает мою вину.
— Вы же высший, — я перегнулась через стол, до рези в глазах всматриваясь от клубившуюся передо мной тьму. — Значит, способны чувствовать людей. Неужели не видите, что я не лгу?
— Растерянность, тревога, раздражение… Вот, что я вижу.
