Точно демоны, — закончила она тоскливо-безнадежно. — Они нас сожрут. Сначала мамку, там… во дворе, а потом за нами придут.
Черные... Без лиц... Неужели, высшие? Если Сани до этого никогда с ними не встречалась, вполне могла принять за демонов. Пресветлая Каари... Сахтар.... все равно, кто, помогите. Пусть это будут алхоры. Пожалуйста.
— Успокойся, Сани, никто никого не съест, обещаю. —Торопливо высвободилась из маленьких, но крепких рук. — Прости, я спешу.
— Неужто пойдешь туда? — отшатнулась от меня девчонка.
— Мне надо...
— Тогда вот, отнеси им, — мне под нос сунули кувшин с водой. — Мать велела. Я не могу… А тебе все равно пропадать. Может, наедятся пока, а я в подпол спрятаться успею.
Да, дочь Ларки никогда не терялась, даже в трудных ситуациях. Впрочем, так даже лучше.
— Хорошо...
Они стояли посреди двора, прекрасно заметные даже издали — три огромных темных силуэта в рассветных сумерках, и я на мгновение застыла на пороге, рассматривая их.
Впрочем, на двух крайних мужчин я едва взглянула, они меня не заинтересовали.
Бесформенные плащи до пят, пустота под низко надвинутыми капюшонами — все, как всегда, ничего особенного. Вниманием полностью завладел тот, кто стоял между ними.
Высокий, очень высокий, даже по меркам рослых алхоров, он показался мне напряженным, как натянутая струна, и невероятно опасным. От него, словно от брошенного в пруд камня, волнами расходилась такая мощная, властная сила, что невольно захотелось пригнуться. Никогда я не ощущала ничего подобного, даже в присутствии высших из Кайнаса.
Почему-то мелькнула мысль, что этот алхор намного старше и опытней и Айтона, и Тэйна вместе взятых.
Но самое удивительное, я могла поклясться, что если напрягусь — совсем немного, чуть-чуть — увижу то, что скрыто под капюшоном, поймаю черты его лица. Это было так странное и неожиданно, что я невольно попятилась, прячась под козырек крыльца. Но поздно, меня уже заметили.
Три темные фигуры развернулись в мою сторону.
Удар сердца...
Еще один...
А потом…
— Она, — произнес левый.
— Она, — подтвердил правый.
И, наконец, я услышала голос среднего. Низкий, глубокий, требовательный, голос человека, привыкшего, чтобы ему подчинялись. Без сомнений и раздумий:
— Подойди.
Взгляд льдистых серых глаз, казалось, просвечивал насквозь, выворачивал меня наизнанку и перебирал по косточкам.
Серые глаза... Пресветлая, я уже и цвет разбираю.
Как только осознала это, тут же потупилась, но по ступенькам все-таки спустилась.
