— подойдя к Седьмому, занятому какими-то отчетами проговорила Пятая.
— Ну раз должны, говорите. — не отвлекаясь от бумаг кивнул мужчина.
— Ваш чемпион захватил Генриха! — яростным шепотом сказала она. — Вы должны немедля его освободить!
— Во-первых, дорогая кузина, как мне недавно напомнил совет — у меня не может быть своего чемпиона. — усмехнулся Седьмой. — Во-вторых, официально я даже не член совета. Ну и в-третьих, зачем бы мне это делать?
— Моей поддержки на следующем голосовании будет для вас достаточно? — яростно сверкнув глазами спросила Пятая.
— Вы предлагаете мне свой голос, в обмен на вашего любимого? — усмехнулся Седьмой, прямо взглянув в глаза девушки. — А ведь вас предупреждали, не сближаться с чемпионом. Он всего лишь человек.
— Как и ваш… — яростно ответила Пятая.
— Как и мой. — нехотя кивнул Седьмой. — Хорошо, я посмотрю, что можно сделать. Думаю, у него тоже будет пара условий.
Дождавшись пока Пятая, уйдет, сжимая в бессильной ярости кулачки, он усмехнулся. Пора доброжелателю вновь выйти на связь, и посмотреть, ответит ли Александр на добро добром.
Глава 19
Уже через пару часов мы выяснили что основной флот Булат-хана ушел на север. Корабли РЭБ доложили о возвращении противника в столицу. Главной же новостью стало то что они отступили отовсюду, включая Иркутск и Улан-Батор. В результате все ключевые города региона сдались почти без боя. Где-то пришлось прилетать и показывать увеличившийся флот, в других хватало печати генерал губернатора.
С самим флотом тоже случилась заминка. Лояльные Булат-хану офицеры либо сбежали, либо были взяты под охрану, с остальными пришлось повозится. На каждое судно нужна была команда из дарников, офицеров и специалистов, и это не говоря уже об обычных служащих. Где столько людей взять?
Волевым решением я передал наиболее устаревшие суда в гарнизон Ханты-Мансийска. Пусть стоят про запас, хотя условиями хранения тоже пришлось как следует озаботится. К сожалению поговорка «есть-пить не просит» в отношении сложного оборудования не работала.
Профилактический ремонт и регулярное обслуживание никто не отменял."
"Отдельная боль — взорванный при отступлении из Владивостока склад боеприпасов. Мне удалось погасить пожар прессом, но большая часть снарядов и пороховых картузов оказалась уничтожена. Так что в плане вооружения мы оказались крайне ограничены и было принято решение оставлять только те калибры, которые производились на территории империи.
