Телефон вновь зазвонил.
— Как ты догадался? — тяжело дыша прокричал в трубку Гай.
«Видимо словил магический откат», — подумал я.
Я не выдержал и со злорадством стал смеяться. Ведь это его раса придумала протоколы, при которых портал не откроется. Пунктов было больше трёх миллионов и найти лазейку как обмануть портальные чары было практически невозможно. Почему практически? Так всё просто, создать идеальную систему защиты невозможно.
Если судить по Гаю, то тирранцы-кочевники кардинально отличались от тех, что я встретил под Кремлем в Москве.
И эти тирранцы растеряли большинство знаний о магии.
— Координаты диктуй!
В этот раз тирранец не стал со мной играть, и я прошёл через портал, очутившись в ангаре."
"— Сканер, — стоя одной ногой в портале, а второй наступив на стальной пол корабля, прошептал я. Примерное направление, что подсказывала его печать, совпадало с тем, что показали на голоэкране чары заклинания.
Через пять минут я стоял на капитанском мостике, где по полу катался тирранец. Из его глаз текли кровавые слёзы.
А от него уже был слышен не крик, а тихий сип. Видимо надорвал голосовые связки.
Я понимал, что его настиг откат за попытку нарушить клятву верности. И если я не помогу, то жить ему останется не больше пяти минут.
Используя Гримуар и Селесту, я узнал, что тирранец накачал себя обезболивающими и наркотиками. Он мучился от боли, когда сделал запись. И да, первый раз со мной говорил не Гай, а ИИ. Тирранец хотел сократить время магического отката. И приказал Альде передать введённые им координаты.
В тот момент корабль и впрямь был там. Но по прошествии суток он сменил орбиту.
Когда ИИ включил запись, Гай вколол себе тройную дозу обезболивающего. И это вновь позволило ему не отключиться от боли, и попытаться ещё раз убить меня, когда я очутился на корабле. Он собирался активировать систему безопасности и заодно открыть шлюз, выбросив меня в открытый космос.
Но в этот раз боль доконала его. И он упал.
Даже удивительно, что сердце до сих пор не остановилось.
— «Он умирает», — произнесла Селеста по мыслесвязи, когда его тело стало меньше дёргаться.
— Высшее исцеление, – активировал я конструкт, заодно заново взводя таймер на две недели.
Кошак хоть и был исцелен. Но в памяти ещё долго будут свежи воспоминания о том, что он испытал.
— Вссставааай! — не сильно пнул я его по рёбрам. Но или тирранец мне попался слабым, или я не рассчитал своих сил… В общем, я сломал ему пару ребер. — Тебе добавить? — Я нагнулся и схватил его за хвост.
