Со своего места поднялся император.
— Ваш император, как и администрация Барака Дорамы, прислали ментальных магов. И они полностью подтвердили правдивость этих показаний.
— Но я задал другой вопрос, — возмутился англичанин. — В наше время использовать пытки для получения информации считается преступлением. А здесь на лицо вопиющее нарушение прав человека. Никто в здравом уме не поверит, что подсудимые сами дают на себя показания! Я веду к тому, что в чём бы человека не обвиняли, насилие недопустимо. Тем более по отношению к жителям Европы и Америки.
— КО ВСЕМ людям нельзя применять пыток, — поправил англичанина император. — И поэтому, перед тем как осужденных уведут на эшафот, у вас будет время с ними поговорить. Уверен, никто не скажет, что показания у них выбили силой.
Какой гвалт поднялся после этого.
— Ваше величество, Вы сказали эшафот? Вы собираетесь казнить граждан другой страны? — спросил французский дипломат.
— Я уже всё сказал и повторять не буду, — поднимаясь со своего места произнёс император.
— На улице, пока шёл суд, соорудили висельницу, на которой они будут казнены. У вас есть десять минут, чтобы самим убедиться в справедливости наказания."
"Журналистов пропустили к осужденным, и они постарались выведать у последних хоть какую-нибудь грязь. Но те прекрасно знали, что если хоть кто-то скажет лишнее слово, то их реально повесят, а не расстреляют.
Глава 19
Глава 19.
Конец казни ознаменовался слитным залпом из сорока винтовок. Однако казнены были не все пленные.
Ученые, которые были захвачены в секретном бункере Аляски, были перевезены под Мурманск. Где «охотно» делились информацией. Судоплатов сказал, что американцы занимались генной модификацией человеческой ДНК. И судя по всему в этой области они смогли продвинуться дальше Российской империи.
А уже на следующее утро мне позвонил Егор и сообщил, что с рабочим визитом прилетает Барак Дорама. И моё присутствие на этой встрече крайне желательно. Ведь отчасти от меня зависит какими будут отношения между США и Российской империей.
— Ты куда так рано? — спросила меня Кристина. Она сладко зевнула, после чего открыла глаза.
— В Гатчинский, — ответил я. — Собирайся, я переправлю тебя в госпиталь им. Боткина, а сам во дворец.
— Кость, мне конечно очень приятна твоя забота, но все эти осмотры лишние.
— Крис, увы, в этом вопросе я буду стоять на своём.
— Да? — приподнялась она на локти. Словно специально её грудь оголилась, и она завораживающим тоном спросила.
