Гром Раскатного. Том 4

Вон, Вадос ходит, как взвинченный, на пружинных ногах. Явно сидит на крепком.»

В целом, я не просто так заслал наркоту этой банде. Не только ради такого, чтобы полиция ими заинтересовалась, но еще и ради «ослабления». Наркотики сильно бьют по дару и снижают магический потенциал мага процентов так на пятнадцать, если не больше. И если все бандиты Тришки сейчас крепко сидят на хмуром, то их легче будет зачистить.

Так что, я не зря потратил столько денег, изъятых у Тришки, на все эти «кайфа».

Ну и в этом я убедился через минуту.

Когда вернулся на пассажирский перрон, а там было два космонавта. Как раз из банды Тришки-Сибиряка.

Два мужика пятидесяти лет, вооруженные до зубов, замерли выгнутые назад. Они смотрели в облака и пускали слюни, когда вокруг них суетилась полиция. Трип они поймали не в том месте, где планировали.

— И что делать с этими космонавтами? — спрашивал один из патрульных. — Оп, стоп, у них оружие!

Тут же началась небольшая суета. Из ниоткуда набежал целый отдел полиции и очень быстро скрутил двух бандитов.

Оружие изъяли, вещества из карманов изъяли, ну и бонусом прошлись дубинками по почкам и печени, дабы привести мужиков в чувства.

«Что-то я забыл спросить у бабули, — я сверил людей, которых запаковали, с данными, которые достал мне Рубцов. — Она же задокументировала официальное изгнание этих уродов из банды, а? Чтобы полиция считала их за обычных наркодилеров, а не за членов родовых гвардейцев?»

С этим вопросом я вернулся к Вадосу. Ну а что? Он все равно схватится с своими, которые ждали его на перроне.

Что уж время-то тянуть. Все равно суета начнется.

Вадос стоял там же, где и в последний раз. Он причудливо покачивал тазом, словно делал разминку, и в это время курил самокрутку. Противный запах жженой смолы стоял аж за километр от бандита. И чем ближе я подходил к нему, тем сильнее мне хотелось развернуться, только бы не дышать этой дрянью.

— Привет, Вадос, — я от души хлопнул его по плечу, да так, что тот покачиваться стал.

— Рад тебя видеть и все дела, о бывший подданный!

Бандит не сразу сообразил, кто перед ним.

— Слушай, вас же Прасковья официально изгнала из гвардии Раскатных, да?

— Ну да, а ты кто? — он прищурился, сосредоточился на моем лице, а затем аж расцвел. — Епана! Да ты же тот пиздюк! Еу! А ну-ка иди сюда, я тебя сейчас научу взрослых уважать…

Он говорил очень медленно. Чертовски медленно. Скорее всего, он думал, что говорит нормально, и никого не раздражает.