Борясь с подступившими к горлу рыданиями, он хрипло пробормотал:
— …Я понял, сейчас открою… сейчас…
Он поднял дрожащую руку, чтобы снять защищающий людей магический барьер, но в этот момент земля вдруг содрогнулась, а потом начала мелко дрожать…
Почувствовав неладное, Наньгун Сы на миг замер, а затем медленно поднял голову и увидел перед собой то, во что не смог сразу поверить.
Драконьи жилы, которые только что, повинуясь его приказам, тащили ожившие трупы под землю, не просто ослабили путы… Обхватив за плечи закопанных по грудь мертвецов, они начали вытаскивать их из глинистой почвы.
..
— Невозможно… — потерянно пробормотал Наньгун Сы. — Это невозможно!
Как могла гора Цзяо ослушаться приказа хозяина?
Даже если бы сам Сюй Шуанлинь отдал противоположный приказ, эти драконьи жилы не стали бы повиноваться ему наперекор первому приказу, так как для крепко спящего тут злого драконьего духа все потомки рода Наньгун были равны.
Если два потомка семьи Наньгун отдадут горе Цзяо противоречащие друг другу приказы, водяной дракон просто остановит текущее действие и не будет делать ничего, не помогая никому из них и не вставая ни на чью сторону.
Но было одно исключение…
Наньгун Сы почувствовал, как по его телу побежали мурашки, стоило ему подумать о кое-ком...
От этой мысли он содрогнулся всем телом, чувствуя, как новый приступ боли сжимает в тисках его сердце. Тяжело дыша, Наньгун Сы медленно поднял голову, скользя взглядом по бесконечным ступеням из белого камня, покрытым бушующим морем живых мертвецов, к самой вершине горы.
Высокий и стройный мужчина, весь облик которого излучал героизм и величие, медленно спускался по длинной лестнице.
На нем были роскошные парчовые одежды, с вышитым на них глотающим солнце и луну водяным драконом в море облаков. При каждом его шаге сияющие в лунном свете золотые и серебряные нити вышивки, переливаясь, отбрасывали блики, напоминающие рябь на воде.
Над его высоким прямым носом очень ровно и аккуратно была повязана шелковая лента, которой закрывали глаза покойникам Духовной школы Жуфэн, но она была не голубой, а черной, и вышит на ней был не журавль, а выпустивший когти, исторгающий пламя и молнии водяной дракон Цан-Лун.
"
"Лицо Наньгун Сы стало белым, как лист бумаги. Все еще не веря в реальность происходящего, он не мог отвести взгляда широко распахнутых глаз от степенно спускающегося по лестнице мужчины.
— Как… как это возможно?.. Великий Первый глава… — пробормотал он.
