— Не переживай, сестра, очень скоро все закончится, — я усмехнулся, — я и сам не в восторге от того, что меня пытаются убить. Если это все, то давай позавтракаем, а потом займемся делами, их у меня выше крыши."
"— Это все, — девушка кивнула, и мы приступили к завтраку, после которого я планировал поехать в первый очаг, благо находился он не очень далеко.
* * *Рим. Главная Библиотека.
— Что ж, достойно, очень достойно, братья и сестры, — Архивариус окинул взглядом строй из тринадцати бойцов, — пожалуй, этой силы хватит, чтобы уничтожить небольшую страну.
Что скажешь, Марко?
— Скажу, что теперь носитель изначальной силы обречен, — старший Библиотекарь пожал плечами, — у него просто не будет шансов против этого отряда, если, конечно, только он не стал грандмагистром за ночь, в чем я очень сильно сомневаюсь. Предлагаю не тянуть время и отправить отряд прямо сейчас. Так или иначе, но каждый друг друга знает, а значит, им не нужно время на слаживание отряда.
— Как скажешь, Марко, — Архивариус улыбнулся, — тогда они сейчас же получат информацию о своей цели, всё, что удалось собрать за всё это время, — сказав это, старик щелкнул пальцами, и в зал вошло трое послушников, которые быстро раздали каждому из убийц по папке, после чего так же молча ушли.
Пока отряд внимательно изучал информацию, Архивариус решил поговорить с Марко отдельно от остальных.
— Марко, у меня к тебе просьба, — тихо произнес старик, — не стоит прилюдно подрывать мой авторитет.
Ты прекрасно знаешь, как я этого не люблю.
— Не понимаю, о чем ты, уважаемый Архивариус, — беловолосый покачал головой, — в любом случае уже сегодня я планирую отправиться обратно в свое отделение, его тоже нужно контролировать.
— Хорошо, Марко, пусть будет как ты скажешь, — сквозь зубы процедил Архивариус. Старик успокаивал себя тем, что очень скоро всё поменяется, сильно поменяется.
* * *Подмосковье. Особняк Суворовых.
— Доброе утро, Александр Александрович, — Николай Николаевич коротко поклонился высокому сухому старику в военном мундире без знаков отличия.
Тот же даже не шелохнулся, и великий князь понял, разговор будет непростым, но продолжил.
— Государь прислал меня к вам по важному делу, государственному делу.
— Я уже не на службе, — проскрипел старик, — и Василий об этом знает.
