– Нам можно и паршивенького, главное чтобы биологически соответсововал. В общем, Сара, я вот что думаю… если князю нужна девственница, то может мы просто сделаем ее непригодной для ритуала?
– Что?!
– Это же решение! – возбужденно взмахнула полупрозрачной закладкой Матильда. – Я собой горжусь. Очень элегантное решение, не так ли?
Я вспомнила сколько разводила Ибисидского на поцелуй и помотала головой:
– Нет уж, давайте решать вопрос как-нибудь иначе. Я не хочу терять девичью честь вот так просто!
– Так ты ж не просто.
Ты же во имя мира во всем мире!
Начавшийся спор разрешил Сарочка, притом одной фразой:
– Я думаю, что наша Надежда – умница. И у нее есть план. А твое решение, Моть, очень очевидно и если бы оно было единственным, то сейчас бы не мы Адельку уговаривали. И я тя заверяю, у него получилось бы лучше.
– Аргумент, – со вздохом согласилась магическая книга. – Ладно. Но что нам тогда делать?
– Видимо ждать…
Я вздохнула. И вновь вернулась мыслями к Одару.
То, что он здесь, что я не одна, вызвали огромный душевный подъем.
Но также дали не менее внушительную пищу для размышлений.
Что же из себя представляет лорд Ибисидский, раз ему настолько легко даются трансмутации..?
* * *Надо сказать, что когда попадаешь в плен врагу где тебя скоро должны как-то продуктивно для вражеских планов использовать, то никак не думаешь, что ожидание затянется.
Как-то по умолчанию считается, что ты тот самый финальный аккорд, или недостающий кусочек пазла! И с твоим обретением все сразу завертится.
И ритуалы, и переходы и великие эпические битвы света и тьмы в отдельно взятом домишке.
И уж никак не думаешь, что у главгада еще какие-то дела остались!
В общем, когда на следующий день никто не пришел, я с одной стороны удивилась, а с другом обрадовалась. Но на третий день молчания, меня уже стала откровенно напрягать ситуация. Как говорила Сара, в таких условиях так и тянет устроить саботаж. Не с целью сбежать, а таки для разнообразия быта!
Вдобавок, мы оказались предоставлены сами себе.
И стало быть познакомились поближе…
Матильда оказалась прекрасным образчиком… воспитателя. В пансионе где я училась, у нас была похожая преподавательница. За любой пробел учениц она цеплялась буквально когтями и тыкала в него, при любом удобном случае. Говорила, что если бы мы лучше учились, то не допустили бы настолько вопиющих промахов. Нет, даже не так… ВОПИЮЩИХ.
Матильда песочила, что меня, что Сару с поправкой на предметы. Не чистописание, а рунописание.
