Император Пограничья 11

— А знаете, почему это важно? Потому что ошибка в расчёте на одну десятую может привести к обратному выбросу энергии. Ученик получит внутренние ожоги, возможна остановка сердца. В Пограничье мы не имеем права на теоретические ошибки — там они измеряются жизнями.

Я повернулся к залу:

— А вот подтверждение наших навыков обучения. Егор, поднимись!

В первых рядах встал подросток лет четырнадцати — сын кузнеца Фрола, которого я попросил Леонида Карпова привезти сюда. Парень нервничал до одури, но шёл уверенно.

— Вот мой ученик.

Егор. У него всего лишь ранг Пробуждённого — самая начальная ступень. Егор, покажи, чему ты научился.

Мальчик вытянул руку. На столе секретаря лежала бронзовая чернильница. Она задрожала, медленно поднялась в воздух и начала менять форму. Металл тёк, как вода, превращаясь в изящную птицу с распростёртыми крыльями. Егор направил её в полёт по залу — бронзовая птица сделала круг и мягко опустилась на кафедру.

— Тонкий контроль над металлом, — прокомментировал я. — Многие Ученики не могут освоить такую точность.

А этот мальчик учится всего пару месяцев. Сын простого кузнеца, которому ваша система отказала в праве на образование.

Егор покраснел от смущения и поспешил вернуться на своё место. В зале послышались одобрительные возгласы, несколько студентов даже зааплодировали. Я видел, как члены Совета переглядываются — демонстрация произвела впечатление.

Белинский попытался спасти ситуацию:

— Дешёвый трюк! Один талантливый ученик ещё не доказывает эффективность всей системы.

Исключения бывают везде!

— Исключения? — я усмехнулся. — У меня таких «исключений» уже два десятка. И с каждым днём их становится больше. Дети, которым вы отказали, раскрывают потенциал, о котором вы даже не подозревали.

Секретарь Совета, видя, что дискуссия грозит выйти из-под контроля, поспешно поднялся:

— Четвёртый раунд. Контраргументация!

Белинский схватился за эту возможность как утопающий за соломинку. Его лицо исказилось злобой:

— Довольно цирковых трюков! Поговорим о том, кто вы на самом деле, маркграф Платонов.

Человек, убивший на дуэли боярина Елецкого! Человек, доведший до самоубийства уважаемого ректора Горевского! И вы смеете учить нас морали?

Я спокойно выдержал его взгляд:

— Да, я убивал. Тех, кто паразитировал на слабых и беспомощных. Напомню, именно Елецкий вызвал меня на дуэль и сам поставил условия — бой до смерти. Я лишь принял его вызов. Почему он хотел заткнуть мне рот? Потому что Елецкий скупал должников для Гильдии Целителей.