Император Пограничья 11

«Почему никто не пришёл?»

— Теперь придут, — прошептал он в пустоту. — Придут, потому что будут бояться не прийти. И это единственный способ. Единственный.

Масляная лампа чадила, бросая пляшущие тени на карту с красными и чёрными крестами. Скоро красных станет меньше. А чёрных — больше. И когда-нибудь вся карта почернеет под железной рукой того, кто не боится делать то, что должно быть сделано.

Рассвет окрасил небо в багровые тона — подходящий цвет для того, что должно произойти в Малых Борках.

Гудки тянулись долго, но наконец трубку взяли снова.

— Старший следователь Волков слушает, — раздался знакомый скрипучий голос, который я узнал бы из тысячи.

— Добрый вечер, Лука Северьянович, — произнёс я максимально нейтральным тоном. — Маркграф Платонов. Найдётся минутка?

Пауза затянулась на несколько секунд. Слышно было, как дознаватель тяжело дышит в трубку.

— Платонов!.. — процедил он наконец. — Разве я мог бы вас забыть. Полгода назад вы убили моего свидетеля. Петрович мёртв, мы оба это знаем.

Я улыбнулся, хотя он и не мог этого видеть.

— Понятия не имею, о чём вы.

— Не прикидывайтесь дураком, маркграф. Вам это не идёт, — голос Волкова стал жёстче. — Зачем звоните? И с какой стати маркграф Сергиева Посада обращается к служащему Владимирского приказа? У вас там своя юрисдикция.

— Речь не обо мне, а о Пограничье. У вас там воевода Николополья совсем берега потерял. Степан Дроздов, слышали о таком?

— Нет. Что с ним? — в голосе дознавателя усилилась настороженность.

Я кратко изложил ситуацию.

— И с чего вдруг такая гражданская сознательность, маркграф? — процедил он сквозь зубы. — Год назад вы убили человека прямо у меня под носом, а теперь изображаете блюстителя закона? Что, конкуренция в Пограничье обострилась? Или это попытка отвести от себя подозрения? Или Дроздов перешёл вам дорогу в ваших тёмных делишках?

Я мысленно усмехнулся его подозрительности, но решил не тратить время на препирательства.

— Волков, — мой голос стал холоднее. — Мне плевать, что вы обо мне думаете. Но когда какой-то выродок цитирует мои речи, сжигая людей заживо, это становится моей проблемой. Хотите ловить преступника — хорошо. Не хотите — я разберусь сам. В конце концов это вопрос элементарной человечности. Решайте.

Долгая пауза, потом скрипучий вздох.

— Ладно, проверю по своим каналам. Но если это ложный донос, маркграф, я добавлю его к вашему списку преступлений.

— Проверяйте.