Император Пограничья 2

Когда повозка приблизилась, Игнатий отметил, что стены были основательно укреплены свежими брёвнами и даже имели несколько наблюдательных вышек. На одной из них Игнатий заметил часового с оружием, что ещё больше удивило его.

— Вот мы и дома, — произнёс Прохор, сидевший рядом.

В голос сына звучала гордость за свои свершения, которой Игнатий никогда раньше от него не слышал.

Часовой на вышке заметил приближение обоза, и вскоре ворота распахнулись. Тяжеловозы втянули повозку на главную улицу Угрюмихи, и Игнатий невольно ахнул.

Вместо захолустной деревушки, запуганной частыми нападениями Бездушных, перед ним представилось поселение, кипящее жизнью и порядком.

По обеим сторонам улицы тянулись аккуратные дома — некоторые уже отремонтированные, другие в процессе починки. Нигде не было видно обычного деревенского хлама или заброшенных участков. Перед одним из строений дети разных возрастов сидели на лавках, а молодая темноволосая женщина что-то объясняла им, указывая на небольшой магический артефакт.

— Школа? — удивлённо спросил Игнатий.

— Да, Василиса преподаёт, — кивнул Прохор. — Она геомант из хорошей семьи, но предпочла остаться здесь. Дети её полюбили, хотя и побаиваются.

Обоз продвигался дальше, и Игнатий замечал всё больше деталей, выдававших твёрдую руку управляющего: расчищенная центральная площадь, колодец с новым срубом и крепкие врата.

На площади их заметили местные жители, и вскоре небольшая толпа начала собираться вокруг повозок. Лица не выражали ни страха, ни подозрительности, свойственной крестьянам при виде незнакомцев.

Напротив, люди приветливо улыбались, кланялись Прохору и с любопытством разглядывали его отца.

— Воевода вернулся! — воскликнул кто-то, и возглас подхватили другие.

Среди встречающих Игнатий заметил крепкого мужчину лет тридцати с перебитым носом, бородой и уверенной походкой воина.

— Борис, — представил его Прохор. — Мой командир дружины.

Тот самый мужчина подошёл ближе и поклонился:

— С возвращением, воевода.

Всё в порядке, как и оставляли. Дозоры выставлены, караулы усилены.

— Хорошо, — кивнул Прохор. — Это мой отец, Игнатий Михайлович. Он будет жить с нами.

— Рад приветствовать вас, боярин, — Борис почтительно склонил голову перед Игнатием. — Наслышаны о ваших злоключениях. В Угрюмихе вы будете в безопасности.

Из толпы выступила пожилая женщина с узелком в руках:

— Воевода, мы же не знали, что вы батюшку привезёте! А у меня как раз пироги с грибами поспели.