— Петр Алексеич, возьми к себе! Я все делать буду! — просил один.
— Дядька Петр, а правда, что ты машину придумал, которая сама железо сверлит? Покажь! А научишь? — тянул за рукав другой.
Я отбирал не всех. Смотрел, чтобы глаза горели интересом, да голова соображала. Отбирал тех, кто не боится трудностей, кто готов учиться. За пару месяцев у меня набралось еще человек пять-шесть способных ребят разного возраста — от четырнадцати до семнадцати лет.
Уговорить Шлаттера и нового обер-мастера официально перевести их ко мне было непросто — каждый подмастерье был на счету.
Но тут снова помог Орлов, намекнув начальству, что подготовка кадров для нового производства — дело государственной важности, и что граф Брюс будет доволен, если на Охте появится своя «инженерная школа». Аргумент сработал.
Теперь у меня была целая орава учеников. Просто гонять их на подсобных работах было бессмысленно. Их надо было учить системно. Я выделил в строящемся механическом цехе небольшое помещение под «учебный класс» — поставил там стол, лавки, повесил на стену большую доску, на которой можно было рисовать мелом.
И начал вести занятия по вечерам, после основной работы. Это отнимало последние силы, но было необходимо. С чего начать? С азов. Большинство из них и читать-то не умели, не говоря уж о счете. Пришлось начать с арифметики — сложение, вычитание, умножение, деление. Без этого ни размеры посчитать, ни чертеж понять. Потом — геометрия. Самые основы: линии, углы, круги, как измерить длину, площадь, объем. Как пользоваться циркулем, линейкой, угольником.
Дальше — черчение. Я показывал им свои эскизы, объяснял, что такое вид спереди, сбоку, сверху, что такое разрез, как обозначаются размеры. Заставлял их копировать простые чертежи, а потом — рисовать с натуры несложные детали: болт, гайку, скобу. Это шло туго, руки не слушались, глазомер был никакой. Но потихоньку, через ошибки и переделки, они начинали понимать язык чертежа.
Параллельно я давал им самые азы материаловедения — чем чугун отличается от железа, а железо от стали, почему один металл хрупкий, а другой вязкий, что такое закалка и отпуск, почему дерево гниет, а камень крошится.
Рассказывал про механику — про рычаг, про клин, про винт, про колесо и ось, про зубчатую передачу. Объяснял на простейших примерах, как работают механизмы в наших станках, в ружейных замках.
Я старался говорить без заумных терминов, больше показывать на пальцах, на моделях, которые мы тут же мастерили из дерева или железа.
