Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

— То, о чём ты говоришь, называется Единение. И ты должен вернуть мне его.

— Тогда этот мир никогда не восстановится. Только с помощью… Единения я обладаю достаточной силой, чтобы восстанавливать этот мир. Пусть не сразу, но я верну всё, как было.

— Не вернёшь. Это уже невозможно. Что бы ты не сделал, эта сила будет постепенно рассеиваться в пространстве, пока её не станет так мало, что она уже не сможет защитить тебя от Пустоты, что находится за пределами обитаемых миров.

— Не согласен, любезный. Если я сдамся, то этот мир совершенно точно обречён.

Я не знаю, какова Ваша цель. Но едва ли она стоит того, чтобы этот мир сгинул раз и навсегда, — он выпрямил руку напротив меня. — А теперь я прошу Вас вернуться обратно. Я не желаю насилия.

Я вздохнул и покачал головой.

— Неужели ты настолько беспомощен сам по себе, что не готов вернуть то, что тебе не принадлежит по праву?

— Любезный? Вы провоцируете?

— Нет. Рассуждаю вслух. Аномалий вокруг больше нет. А вся мана вокруг подвластна тебе и так.

Не похоже, что Единение участвует в этом процессе. Да и вообще, ты не мог использовать его по назначению. У тебя нет тела. А значит ты используешь Единение на малую долю его настоящих возможностей. Но и большее, как дух, ты просто не сделаешь. Создай хоть сотню тел и уплотнённой маны, — я кивнул на его «стеклянное» тело.

Шиз покачнулся и неуверенно отступил на шаг назад.

— Манипуляция — это бесчестно.

— Это честнее, чем… — «Скачок», «Скачок», мгновенно друг за другом. Шиз не успел даже отшатнуться, как я оказался рядом с ним, приставив острие копья к его груди, — Это честнее, чем уничтожить тебя.

Я не хочу этого делать. Хотя, как вор, ты это заслужил. Но тогда у тебя не было выбора. А сейчас их целых два: отдаёшь Единение сам или я забираю его. В первом случае даже помогу найти замену. Как тебе?

— Замены ему нет. Без Единения этот мир обречён…

— И? Тебе какое дело? Миров множество. В каком-нибудь для тебя вполне найдётся место. Не считаешь? Этот мир — уже мёртв.

Ты пытаешься оживить труп.

— Но в этом мире я стану тем, кем никогда не стану ни в одном другом…

— Почему ты так решил?

— Здесь я всевластен. Никто не посмеет мне помешать!

— Здесь ты будешь медленно увядать. Столетий за десять этот мир окончательно стухнет, а с ним и ты. И не только потому что вся энергия рассеется, а потому что ты здесь один. Никто не станет тебе другом, не станет соперником. Ты застынешь в пустоте, без стимула и возможности развиваться.