А после него вдруг решил поговорить.
Либо он объясняет, либо остаётся с носом.
— Руслан Северский, — послышался в спину голос Владислава. — Довольно. Я тебя понял.
Вот это был уже совсем другой разговор.
Через минуту мы вновь стояли в беседке, а я слушал.
— Ты должен был заметить, Руслан, что жизнь — откровенно скучная штука. В ней редко происходят значимые события. Поэтому эти события я предпочитаю создавать сам.
Говорил как молодой раздолбай какой-то, а не зрелый мужчина. Право слово.
Владислав продолжал:"
"— Поэтому я стараюсь помогать своей стране там, где требуется весьма специфический склад характера.
Понимаешь? — он оскалился. — Понимаешь. Я вижу. Я увидел это с того самого момента, как нанёс тебе первый удар. Ты ведь и сам такой же, как я. Любишь кровь. Свою. Чужую. Пусть и маскируешь это за личиной унылого, но порядочного аристо. Получается откровенно паршиво.
— Ближе к делу, — ответил я. — Не Вы ли уверяли, что время — это самое важное? У нас осталось всего семь минут, пока не истечёт срок Белокрылова.
И я в него уложусь.
— Бой — это искусство. А бой с магом пространства — его неопознанная грань. Но, самое главное, через бой можно понять человека, понимаешь? Вот я и посмотрел на тебя. Как и многие при дворе моего брата. Ты выглядишь для них чертовски интересным. Хотя они видят тебя только в шёпоте своих шпионов. А не в деле.
Он усмехнулся и качнул головой в сторону усадьбы, говоря:
— Этот тоже знает, что ты стал интересен Императору. Поэтому не преминёт превратить тебя в свой ресурс.
А ресурсы — расходуют. Иногда совершенно в пустую.
— А Вы, разумеется, мне «друг» и «соратник»? — не скрывая смеха спросил я.
— Не-а, — он покачал головой. — Но я, по крайней мере, знаю куда применить твои способности. Понимаешь? Я пришёл проверить тебя по рекомендации одного своего друга. Очень надёжного. Очень верного своей стране. Куда более преданного, чем я.
— Пять минут, — напомнил я о нашем ограниченном времени.
Он цыкнул.
— Мой друг в тебя верит. Я тоже. Поэтому я предлагаю тебе сделку: я помогаю тебе разобраться с костями Поднебесного, все материалы о которых, по воле случая, оказались в моих руках, — он довольно оскалился.
Вот пронырливый чертила…
Он что, выкупил дневники Поднебесного у Озёрского?
Или… просто изъял?
Владислав продолжал:
— Ты изучаешь секреты этой силы. А потом помогаешь нам найти в Загранье человека, который как брат-близнец похож на твоего отца — Артура Северского, — он поднял пальцы и согнул их в кавычки.
