Она поджала губы.
В её синих глазах застыло сомнение.
— У меня есть информация о той, кто Вам небезразличен.
— Конкретнее.
— Сначала дайте слово!
— Взамен на что? На воздух?
— Вы не доверяете благородной женщине⁈
— Вы про себя?
— Подлец! — она резко отвернулась.
На что эта ледяная стерва вообще рассчитывала, когда позвала меня сюда?
Внезапно хлопнула дверь.
И в ней показались двое.
Граф Андрей Морозов и его сын — Вячеслав.
— Что это значит⁈ — возмутился Андрей. Но его глазки забегали между мной и Морозовой.
— Сапфира, объяснись! — и тут же из-за его спины показался паренёк"
"Николай Варнавский. Наследник своего рода. Который в нашу первую встречу чуть не вызвал меня на дуэль, по науськиванию этой самой Морозовой. Но в последний момент сдал назад.
Его глаза ошарашенно распахнулись.
— Сапфира! — требовательно произнёс Андрей Морозов. — Я задал вопрос!
И тут же Морозова… которую, видимо, и звали Сапфирой, повернулась обратно.
— Господин Северский признался мне в любви и заявил, что будет просить у Вас моей руки, отец.
ЧЕГО⁈
— ЧЕГО⁈ — спросил Андрей Морозов.
Николай Варнавский уронил челюсть.
Только Вячеслав Морозов посмотрел на Сапфиру и едва заметно покачал головой.
— Это правда⁈ — резко обернулся на меня Андрей Морозов.
— Но как же так… — горестно произнёс Николай Варнавский.
— Значит, таков твой план? — я же, не мигая, смотрел в глаза Сапфиры.
Совершенно глупый.
Даже тупой.
Способ поставить меня в предельно неловкое положение и, одновременно, уничтожить собственную репутацию.
Хотя… она и раньше не стеснялась устраивать скандалы. С какой стати ей останавливаться сейчас?
— Это правда, Северский⁈ — повторил закипающий Андрей Морозов.
— Будь это правдой, я пришёл бы к тебе, а не к твоей дочери. Её судьба в твоих руках.
— Подлец! Мерзавец! После всех тех слов, которые ты мне наговорил⁈ — Сапфира резко бросилась на меня, пытаясь влепить пощёчину.
Но я поймал её руку на половине пути.
Потом вторую.
Она часто и тяжело дышала, пристально смотрела мне в глаза.
Сейчас на её лице были эмоции. Фальшивое возмущение. В синих глазах — холодный расчёт.
— Тебя не слишком заботит, что подумают о тебе другие, после таких выходок. Не так ли? — бесстрастно спросил я.
— Отпусти! — потребовала она и попыталась вырваться. Её лицо чуть покраснело.
— Убери руки от моей дочери! — рявкнул Андрей Морозов.
Но его пыл подугас, когда я посмотрел на него. Чуть-чуть выпустив мантикору наружу.
— Тогда сдерживай её сам, — заявил я.
