Я. Хочу. Тебя.

Наоборот, раздвигает их еще шире. Фиксирует бедром. Придавливает. Не дает мне даже дернуться.

Щекочет жесткой порослью волос разбухшие губки. Прижимает клитор.

А меня взрывает снова и снова.

Дикими судорогами оргазма.

– Это пиздец, – хрипло бьет голосом прямо мне в живот.

Обхватывает обеими руками груди, продолжая целовать у самой кромки лобка.

Чуть прикусывая нежную, до одури, до потери сознания чувствительную кожу.

– Я же почти не прикасался. А ты…

Он снова рычит, втягивая мою кожу губами.

А меня накрывает новым оргазмом.

Такой, что я снова бесстыдно ору, прокусывая до крови губы.

Судорожно впиваюсь пальцами в его волосы.

Чувствуя, как то, что грохочет внутри Армана, смешивается с дикими судорогами, выворачивающими мое лоно.

Теряя весь контроль.

Взрываясь каждым миллиметром тела. Внутри и снаружи.

До искр из глаз. До боли во всем теле.

Извиваюсь и ору, почти взлетая над постелью. Спина изгибается дугой так, что сейчас меня проломит надвое.

Но мне все равно.

Я тону. Я захлебываюсь в этом жаре. В этих безумных искрах, что пронзают все мое тело насквозь!

Содрогаюсь под его дикое рычание. Под ставшим совершенно бешеным взглядом черных углей-глаз. Пока просто не теряю сознание. Не проваливаюсь в темноту, так и продолжая внутри дрожать и судорожно сокращаться.

– Какая ты чувственная. Какая ты чувствительная, моя девочка…

Первое, что чувствую, когда тяжелые веки начинаю с дрожью приоткрываться.

Арман лежит рядом. На боку. Зарывается в мои волосы руками.

Его лицо по-прежнему перекошено. Как от боли. В глазах все тот же огонь. Способный спалить не одну кухню. А меня так точно. Или уже спалил?

– Я почти не прикасался. А ты… Ты даже так способна биться в оргазме…

Черт!

Понимаю.

Его накрыло страстью в сто раз сильнее, чем меня."

"А я… Я одна получила удовольствие!

Между ног все покалывает. Слегка тянет. Саднит.

Но…

Это нечестно. Неправильно, что он останется без наслаждения после того, как подарил мне его целый ураган.

Осторожно, неуверенно тянусь рукой.

Обхватываю его толстый член, что тут же начинает толчками в тугих венах биться мне в ладонь. Он совсем не помещается мне в руку. И правда, совсем огромный. Очень странно, как вообще смог поместиться в моем теле!

Арман полурычит-полустонет, сжимая мой затылок почти до боли. Прикрывает глаза, жадно, шумно вдыхая воздух у моих волос. Сжимает челюсть так, что я слышу, как скрипят его зубы.

Черт!

Я не умею… Совсем не умею.