Я. Хочу. Тебя. (СИ)

– Так поступают только трусы! Арман! Вернись! Ты же сам хотел настоящий бой! Ну? Что теперь? Позорно сбегаешь?

­ – Я голову тебе откручу, ­ – бормочу, в несколько шагов обходя все крошечное пространство заднего двора клуба.

Хреново.

Девчонки нигде нет.

Калитка крошечная, правда, приоткрыта. А за ней заросли. Блядский искусственный то ли парк, то ли лесок. Мне теперь что? Под каждый куст заглядывать?

–– Лучше вернись сама!

Вроде и спокойно бросаю в темноту. Даже ласково.

Пугать малышку еще не время.

Пусть понимает.

Я не отступлю. Найду. Если уж решил, что моя, никуда ей не деться.

Но сейчас, если сама выйдет ко мне, буду спокоен. Спокоен, мать вашу!

­– Арман Каримович, вы что?

Директор клуба, на которого наталкиваюсь, слегка попримяв крохотную калитку, почему-то шарахается.

Дрожит.

Чего?

Я ведь ласково. Нежно почти. Я же еще не разъярен!

Хотя…

– Демид!

Хватаю его за воротник обеими руками.

Слишком сильно трясется. Как бы не свалился мне под ноги. От земли его потом еще отряхивать.

–  У тебя камеры где? Быстро.

Покажи мне записи. Входящих, до начала боя. И потом. Особенно с этой стороны. С заднего двора.

Пока метаться буду, времени еще больше потеряю.

Лесок прочесывать с полчаса придется, никак не меньше.

А если слишком хитрая?

Если не из нужника вылезла через окно? А специально его распахнула, чтобы меня со следа сбить?

А сама вполне могла уйти по коридору. В зале, где еще полно людей, затеряться. И выскользнуть через главный вход.

– ­ Да вы что? Арман Каримович! Вы же сами настаивали, чтобы никаких камер! Чтобы ваш бой никто не снимал!

Твою мать! Закрытый бой.

Инкогнито.

Мы же не драчуны какие-нибудь клубные! Просто с братом силой потягаться решили. Не в зале, вдвоем, а вот так. Старые времена добрые вспомнить.

Я-то по малолетству дрался в клубах, да. Не думал, конечно, это своей профессией делать. Просто нравилось. Кайфовал. Хоть семья вся и возмущалась. Считала, что принижаю этим занятием род Багировых. А после забросил. Дела поважнее появились.

Но… В наших делах, кроме мозгов и хорошо заряженого ствола и сила нужна.

Всегда. Никуда не денешься. Форс-мажоров, при которых кулаками поработать придется, никто не отменял.

Или сила, или подыхай. Такой закон.

Жесткий, но другого нет. Слабаков давят на раз. Как орешки.

А вот для него бои без правил лет с двенадцати стали хлебом. Кулаками пришлось себе все в жизни выбивать.

– Арман. Ты не увиливай!

Этот уже тоже рядом.

Снова мертвой хваткой в плечо впивается.

– Роман.