— Это ваша работа, и я заинтересован в том, чтобы вы выполнили её максимально качественно, и, по возможности, быстро. Любые помещения, содействие всей команды я вам гарантирую. Но главный вопрос — присутствие меня и менталиста с ментатором. У вас нет возражений?
— Абсолютно. Но, ваша сиятельство, вы будете первым из опрашиваемых. Вы же не против?
— Меня это полностью устраивает, — начал я. — Более того я и сам хотел предложить…
Договорить мне не дал вопль за бортом, со стороны причала. Метрах в ста от первого корабля на настиле корчился, схватившись руками за голову, совсем молодой парень.
Рядом с ним, но на ногах, подобному предавался ещё один, похожий на первого, как брат-близнец.
— Да что с этими эмпатами не так? — вдруг рявкнул офицер. — Одни рехнулись, так следующие до корабля дойти не могут. У вас что, артефакт какой? Отвечать!
— Орать не надо, — совсем тихо ответил я. — Эти ваши артефакты — вот они. Два трофейных корабля. Захвачены с использованием экспериментального оружия.
Оно убило всех, кто был на борту, но при этом привязало души к телам, не отпуская их в реку времени на перерождение. Эмпаты, маги жизни и смерти должны чувствовать боль, панику и обречённость жертв. Даже я чувствую всё происходящее, и это очень тяжело. А ведь я, хоть и универсал, но необученный, и почти слепой в плане псионики.
— Однако, — всё, что смог выдавить здоровяк. — И что мне с этим делать?
Он растерянно смотрел на истерику двух молодых людей. И спрашивал явно не у меня, все вопросы были просто мыслями вслух.
— Дожидаться Львовича, — тем не менее, ответил я. — Он на подобном говне, происходящем со мной, собаку съел, по его собственному признанию. А пока всех менталов убрать подальше от этих кладбищ душ. Они вам ещё пригодятся. Как вариант, начать допрос на берегу, вызывая моих людей по очереди. Но моя просьба о присутствии не отменяется.
— На берегу, точно, — заторможено повторил офицер, думая о чём-то своём. — Вы правы, ваше сиятельство! Пройдёмте со мной? Мы быстро организуем всё!"
"Организовали действительно быстро.
Как только воющих эмпатов отвели на берег, их истерика прекратилась. И они прекрасно исполняли свои прямые обязанности, дополняя амулеты истины, намерений и ещё кучу непонятных.
Допрос производился в большом автобусе, провонявшем дизелем. Да, такие раритеты, для которых требовалось ископаемое топливо, а не макры, ещё встречались даже в полицейских структурах. И я оказался первым.
