Эволюционер из трущоб

Константин Игоревич решил сделать короткий перерыв и почитать книжку, но, как всегда, ему помешали. В доме было слишком много женщин, и всем им требовалось внимание. И вот сейчас за своей долей внимания пришла мать Архарова, Маргарита Львовна. Женщина подошла к дивану, на котором разместился её сын, и села рядом.

— Костик, А ты не думал остепениться?

— Чего? — прыснул со смеху барон Архаров.

— Я серьёзно. Жизнь проходит, а ты только и занят что войнами, да поиском новой юбки, под которую можно забраться.

— Мама, не говори ерунды.

Всё, чем я занимаюсь, так это сохранением нашего рода.

— Да, да. А для этого нужен сильный наследник. Уверена, что ты даже не знаешь, сколько наплодил таких наследников по всему свету, — закатила глаза Маргарита Львовна и тяжело вздохнула.

— Прекрати. Как только я найду того, кому смогу доверить судьбу рода, так сразу надену фермерскую робу и отправлюсь выращивать помидорки. Или чем там ещё занимаются остепенившиеся люди? — пренебрежительно фыркнул барон, встряхнул книжку и попытался сосредоточиться на тексте.

Увлекательное чтиво от тандема двух авторов, некоего Ковнутнова и Сапфира, рассказывало о лихих приключениях некоего иномирного лекаря. Но вот дочитать эту треклятую книгу Архаров пытался уже полгода и всё никак не мог. А всё из-за этих… Вздохнув, Константин Игоревич недовольно зыркнул на мать. В дверь постучали.

— Входи, — устало сказал Архаров и с раздражением захлопнул книжку.

В кабинет вошел дворецкий и поклонился.

— Ваше благородие, разрешите доложить? — Архаров кивнул.

— Есть две новости. Во-первых, завод в Челябинске взорван. Можем повышать цены на металл, скоро заказов будет через край, — дворецкий сдержанно улыбнулся.

— Отличные новости. Поднимай цены на тридцать процентов. А через пару месяцев ещё немного поднимем. Что ещё?

— А вторая новость не так хороша, как первая. Ваш сын Михаил получил по голове во время тренировки. И теперь ведёт себя, как… — дворецкий замялся, подбирая слова.

— Ярик, говори как есть! — вспылил барон, чувствуя нарастающую тревогу.

Он вскочил с дивана и уставился на дворецкого, готовясь вырвать слова из его глотки, если тот немедленно не заговорит.

— Ваше благородие, Михаил ведёт себя, как кретин. Заторможенная реакция, речь стала растянутой и едва понятной. Врачи питают робкую надежду, что парень сумеет восстановиться, но заранее предупреждают, что Михаил может таким остаться и до конца своих дней.

— Да какого чёрта⁈ — закричал барон и швырнул книгу об пол.