Кайа. История про одолженную жизнь (том Пятый, часть Первая) (СИ)

На ощупь вернулся на место своей засады, за бочку, и, усевшись на ведро, принялся дожидаться «дорогих гостей».

Неизбежная судьба. Таков путь, уготованный для меня Вселенной, так что жаловаться бесполезно, а значит, и не нужно.

При свете дисплея видеофона немного поигрался с прицелом винтовки, обнаружив то, как включается ночной режим и термограф.

Прицел оказался удивительно миниатюрный, учитывая его возможности. И импортный…

Мои уши уловили посторонний звук возле двери, с той стороны.

Резко выключил дисплей видеофона, на который «залип», наблюдая за тем, как утекают отпущенные на мое спасение секунды.

Отворилась дверь и в погреб вошли трое.

Марек, я узнал его по лысой голове, когда он снял капюшон; бородатый здоровяк, его вроде бы Стефаном зовут, который, пока двое других спускались по лестнице, попытался было включить свет…

— Ну чего ты там возишься, Стефан? Включи уже этот чертов свет! — прикрикнул на местного Януш, когда входная дверь закрылась и вся троица оказалась в кромешной мгле.

Януш едва не свалился, пропустив ступеньку.

— Не получается… — начал было Стефан, не поняв сразу, что приключилось с выключателем.

— А-а-а! — выгнувшись дугой, заорал от боли Януш, однако в тот же миг…

Выстрел. Пуля выбила яркий сноп искр из бетонной ступени.

…метнулся резко в сторону, одномоментно с этим выпуская целую очередь во тьму из своего бесшумного короткоствольного автомата.

Во что-то очень сильно врезавшись головой, Януш лишился нескольких зубов и на какое-то мгновение потерял сознание, а затем…

— А-а-а! — снова завопил он, получив пулю в район бедра.

Вглядывающийся во тьму здоровяк, громко ойкнув, рухнул кулем на пол, держась обеими руками за живот.

Агнешка на него очень похожа. Ее отец? — из памяти всплыло лицо здоровяка (если, конечно, это он), хорошо запомнившееся мне после его сегодняшнего посещения моей темницы, но…

Помимо запаха сгоревшего пороха я ощутил сильнейший запах чего-то сладкого и очень–очень алкогольного…

Это из разбитой пулей боевика бочки, за которой я, собственно, и спрятался, хлещет фруктово–ягодная настойка.

— А вас, Марек, я попрошу остаться. — выйдя из-за укрытия, практически буква в букву процитировал я Мюллера, когда лысый коротышка вдруг решил, будто бы у него есть важные дела в каком-то другом месте и начал активно пробираться к двери.