А вот задать правильные вопросы шаманам, путешествующим по нижнему миру — это я запросто.
Что мне ответит дух волка, если спрошу: «А что там, за перевалом? Куда стремится терий Верден?»
Что-то же духи должны ответить? Может, расскажут про город? Про тайны Белой горы? Про это проклятое молоко, которое сводит волков с ума?
Ичин подошёл к Шасти и дедушкам. Айнур как раз изображал там необходимые приветствия — все три дедка оказались очень известными в этих горах камами.
Просто первый, дедушка Тин, жил ближе к нам, потому и опередил двух других.
Дедки попросили показать им мёртвых и черепа ютпы. Они совещались, что-то меряли палочкой — этакие криминалисты.
Майман заскучал, оттёр Айнура от камов и стал объяснять ему про дозорных.
Про то, что в наших условиях мало будет расставить, где нужно людей — слишком пересечённая местность. Хорошо бы ещё поднимать крылатых волков в воздух для разведки. Мы же знаем время примерного облёта колдунами торговой тропы?
Тут они зарубились — разведданные не совпали.
Оказывается и волки, и воины Айнура вели подсчёт пролётов колдуняк над тропой.
У каждого из вождей имелись зарубки — сколько чего летало. Были и метки по времени — я уже знал, что воины умеют использовать солнечные часы.
Спор напомнил мне, что мальчишек надо учить не только летать, но и считать как следует, и читать донесения. А когда?
Днём мы были заняты настолько плотно — не продохнуть. То тренировки, то хозработы. Вон Шонк опять рыскает вокруг загона с птицами — видать, травы им не нарвали из-за гостей.
А подойти ко мне и наябедничать толстяк боится.
Я задумчиво покусал губу. С птицами надо было кого-то напрячь: вон сколько бездельников.
Огляделся. Ичин общался с шаманами. Отвлекать Айнура от разговора с Майманом — тоже не дело…
Нашёл глазами Истэчи — тот с большим интересом наблюдал за занятиями мальчишек.
Темир тоже сидел с ним рядышком, но больше релаксировал: снял сапоги, привалился на травку. Устал, наверное. Но у Истэчи шило в заднем месте имелось, и он про усталость забывал легко.
— Парни, — сказал я, подойдя поближе. — У нас птицы голодные. Мы уже замаялись им траву таскать. Ячменя — самим не хватает. Что ещё они жрут?
— Так рыбу, у вас же река рядом, — сразу сказал Истэчи.
— У нас нечем рыбачить, — развёл я руками.
— Нечем? — удивился приятель.
И расхохотался так, что повалился на Темира.
Тот вывернулся, поднялся, хватая сапог.
— Да посиди ты! — хлопнул его по плечу Истэчи. — Там вон Гирша скучает без дела.
