Только нож!
— Ну, твою мать, — выругался я.
Тоже встал и побрёл на болото: присмотреть за упрямой мелочью. Ну и на фехтовальщика чтобы не смотреть. От него и так уже костёр потух."
"Шасти пошла за мной. Догнала, взяла за руку.
— Ты знаешь, что думаю? — начала она поспешно, словно боясь, что не стану её слушать.
— Что, моя золотая? — отозвался я на автомате.
Рука Шасти задрожала в моей, согрелась.
Обернулся — а девушка вся заалела, как яблочко. Кожа-то смуглая, и румянец был заметен только на щеках. Ну, прямо яблочко наливное и есть.
Сорта «цыганочка», есть такие.
— Золотая… — прошептала Шасти и опустила глаза.
Подтянул её к себе, ослабевшую и размякшую. Как всё-таки мало девчонке надо — одно хорошее слово. Бери теперь — не хочу. Хоть на болоте.
Я засмеялся. Вот было бы мне тринадцать лет, ой я бы сейчас…
— Ты чего? — встрепенулась Шасти.
Я поцеловал девушку в нос.
— Колись уже, что ты «думаешь»? Знаешь, как редко девушки думают?
— Да? — удивилась она.
— Да. Колись.
— Ну, — замялась Шасти.
— Я подумала, ну, про «тот» способ затворить ворота в мир Эрлика. Через спуск в преисподнюю. Но ты, наверное, не хочешь, да?
— Почему? — сразу подобрался я. — Ты что, хочешь сама туда влезть, что ли? Конечно, я — против. Тебе ещё учиться и учиться! И вообще — у меня только одна жена!
Шасти посмотрела на меня восторженными глазами. И пролепетала:
— Мне очень приятно, Кай, но я не об этом. Ты ведь очень добрый, хоть и воин. Ты спас Бурку. Ты не дал барсам убить меня. А вдруг ты захочешь… Ну… это?.
. Ворота в нижний мир — очень опасные. Твари вылезут рано или поздно. Может погибнуть много людей. Город рядом…
— Шасти, ты достала уже! — я изобразил, что сержусь, но вышло неубедительно. — Как я могу хотеть или нет, если не понимаю, о чём речь?
— Ой, я и забыла, как ты много забыл, — вздохнула она. — Я думала, ты догадался уже. Но просто он тебе очень нужен… Я, понимаю…
Она обернулась, чтобы убедиться: мы далеко ушли от Айнура.
— Да кто?
— Демон! — прошептала Шасти. — Ты, наверное, мечтаешь о бое с колдунами терия Вердена? А демона из ножа только колдунами и можно кормить.
Он — оружие. Очень редкое и дорогое оружие.
— Ты про нож Эрлика?
— Ну, да. Если шаманы не сумели, только он может помочь нам закрыть ворота. Но ты же не хочешь, наверное, с ним расстаться? Ты так бережёшь его. Опять с собой носить стал.
Я пожал плечами.
Девушка смотрела на меня выжидающе.
— Шасти, ты нормально можешь мне всё объяснить? Да, нож вот он, в мешке на поясе.
