Да сколько же можно! Если бы не печати, эта глупая драка превратилась бы сейчас во всеобщую свалку!
Меня просто зло взяло на это тупого придурка Чиена. Я пнул его в голень, нырнул под руку и врезал по спине так, что фехтовальщик грохнулся на землю плашмя.
Приставив меч к соединению затылка и шеи, я слегка кольнул для острастки:
— Сдавайся!
— Кто же учил тебя! — прохрипел Чиен и опять закашлялся.
Но сдаваться не собирался даже в такой позе.
— Ты заткнёшься уже? — спросил я. — Чем больше орёшь — тем больше кашляешь!
Фехтовальщик прохрипел ругательство про Эрлика, который сделал меня из жирной болотной грязи.
Пришлось сказать ему медленно и размеренно:
— Я. Сейчас. Прикажу притащить с реки вёдра с ледяной водой. И облить тебя нахрен. Ты меня слышишь, мастер Чиен? Ты потом позора не оберёшься. Над тобой наши бараны в загородке смеяться будут. Лучше прекрати дёргаться сам!
— Убей меня! — прорычал фехтовальщик.
— Ага, щас. Делать мне больше нечего! Это не мы с тобой полночи сражались плечом к плечу? Это не ты обещал нам помочь с обучением фехтованию? Ты что, озверел, что ли? От тварей заразился?
По дыханию я понял, что Чиена слегка отпустило, и убрал от его шеи меч.
Вбросил в ножны, нашёл глазами Багая.
Тот выглядел совершенно офонаревшим. Похоже, его меньше удивило нападение Чиена, чем моё неожиданное заступничество.
Йорд вздохнул, засопел и велел стражникам тащить котёл к костру.
«Дебилы, тлять!» — было написано у него на лице.
Всё-таки Йорд оказался уникальным по этим временам воякой: гормоны не полностью выключали ему мозг.
За это его, видать, и сослали в наставники. Кому нужен воин, который думает над приказами?
Чиен поднялся, тщательно отряхнул прожжённые и грязные кожаные штаны.
— Вот, — сказал я. — Так уже лучше. Давай сядем и поговорим спокойно. И Шасти подключим к процессу обсуждения. Всё-таки она тоже была на этом болоте и видела ютпу.
Девочка моя была единственной, кто испугался нашей с фехтовальщиком драки. Но боялась она не за меня, а за маленький зелёный мозг.
Шасти достала его и теперь прижимала к груди, как сокровище.
— Я сейчас! — засуетилась она. — Я только унесу его и положу в воду. Его обязательно надо в воду!
— Беги, — рассмеялся я. И повернулся к Чиену. — Сейчас мы поедим кашки с мясом. Успокоимся. И разберёмся, мог ли Багай привести за собой тварей или не мог?
— У тебя один убежал уже, — предупредил Чиен. — Может, хоть этого свяжешь?
— Багай не трус, чтобы убегать, — отрезал я.
