Может, у здешних вожаков принято сначала своих людей кормить? А мне сегодня деваться некуда — надо играть в вожака.
— А зачем духу волка посылать нам зверей? — удивился Багай. — Это же его дети. Они могли стать свободными. Неужели дух волка хочет, чтобы мы летали на них?
— Дух хочет помочь нам, — уверенно сказал Игель, и глаза его заволокло дымкой. — Горбатый волк защитил нас от духа дракона. И даёт нам волков, чтобы мы смогли научиться сражаться с драконами терия Вердена. Волки — лучше всего умеют биться с драконами!
Зрачки Игеля были расширены, и смотрел он не на нас, а словно засыпал наяву, впадал в транс.
Наверное, родовой дар шамана — это какое-то особенное устройство нервной системы, когда её владелец вылетает в прострацию от любого пустяка. Такому и грибочков не надо.
— Ты в порядке? — спросил я у сына шамана.
Хотел потрясти его слегка, но не успел.
— Эй, остроглазые! — окликнул нас дедушка Тин (то есть великий шаман Акаю Тине). — Ну-ка, посмотрите-ка — что это в небе летит?
Он показал пальцем в сторону торговой тропы.
— Ничего! — быстро ответил Багай, чуть прищурившись.
Я тоже не сумел ничего разглядеть, хотя зрение у меня теперь было, как у орла.
Однако Игель поднял к небу лицо и застыл так, продолжая смотреть не на мир, а куда-то в себя.
— Там дракон летит, — сказал он вдруг, ни к кому конкретно не обращаясь. — Чёрный дракон. На драконе — чёрный колдун. В чёрных руках его — большой чёрный камень!
Голос у парня задрожал, и я на всякий случай крепко взял его за плечо.
Игель стоял, запрокинув голову так сильно, что того и гляди мог свалиться на землю.
— Это к нам с инспекцией кто-то летит, — перевела шаманское иносказание Шасти. — Может, в самом городе колдуны и проспали битву в небе, ведь была уже глубокая ночь. Но на стенах поверженной крепости и на караванной тропе и по ночам дежурят стражники. Они видели, как сражались дракон и волк! И доложили колдунам!"
"— Мы уже не успеем спрятать людей Айнура! — воскликнул я, тоже увидев наконец крошечную чёрную точку в небе.
— А и не надо, — улыбнулась Шасти. — Ешьте спокойно. Рассаживайтесь. Отдыхайте у костра. Я сама поговорю с тем, кто к нам летит!
Она развернулась и ушла в юрту «переодеваться». Лицо девушка могла поменять и при нас, но у Нишая был свой прикид — высокая шапка, изображающая лебедя, магические амулеты. (Я подозревал, что это бесполезная имитация, но надо ведь соответствовать внешнему виду.)
Я ободряюще кивнул Айнуру, мол, всё будет хорошо.
