Он знал, что Раху достаточно взрослый и не решится нарушить магическую мозаику колдовского стекла.
Но дядя забыл, что традиция предписывает иметь и маленькое незастеклённое отверстие над алтарём, чтобы дым жертвы мог беспрепятственно подниматься к небу!
Это окно расположено под самой крышей, где башня резко сужается. Оно крошечное и узкое. Но уж худющий и очень злой подросток туда, наверное, доберётся?
Раху встряхнулся, сбрасывая на пол богато расшитый халат."
"— Стой, безумец! — заорал дядя.
Кажется, он догадался.
Но сделать ничего не успел.
Племянник оброс шерстью, распахнул крылья и ринулся вверх, к спасительному окну для жертвенного дыма.
Члены совета замерли. Отверстие было совсем маленьким, с голову взрослого волка. Но если пролезет голова?..
— Вернись, Раху! — зарычал дядя. — Ты не можешь пренебрегать обязанностями! Ты — наследник! Ты должен!..
Подросток на лету сунулся в отверстие, повис, заскрёб лапами.
— Он сломает крылья! — крикнул кто-то. — Спасите его!
Несколько крылатых теней метнулись вверх, но было поздно.
Дрыгнули задние лапы, мелькнул хвост, и наследник исчез.
Миг — и перепуганный, оставивший на крыше башни клочки шерсти — Раху парил над Каменным Городом и неприступной Серой Грядой.
И жалел только об одном. Что вечером маленькая Ниясэ не дождётся своей сказки про Кая, колбасу из мяса дракона и обычаи человеков, которые совсем не такие дикие, как говорят взрослые.
Маленькая Ниясэ… Раху сморгнул слёзы — ветер на такой высоте режет глаза.
Вот кто ему поверил, кто понял. И они даже не попрощались.
Волколак сделал круг над башней совета и полетел в сторону старых гор, ругая себя, что все эти дни плохо ел и совсем не накопил сил, а полёт — требует много энергии. Эх, сейчас бы той драконьей колбаски!
Смеркалось, и, преодолев череду самых высоких пиков, Раху забился в пещеру и там переночевал.
Не обращаясь. Было холодно, и он очень хотел есть. Но добыть пищу в этих скалах было трудно и взрослому.
Ничего. Завтра он доберётся до места, где светит солнышко, прыгают вкусные горные козлы и текут весёлые ручейки.
Сжавшись в комок, Раху кое-как задремал. И с первыми лучами продолжил спуск с неприветливых, но родных скал.
Спускаться легче, чем подниматься. Он летел вниз, пока зелень не начала радовать глаза. Там он поохотился наконец. И, убив архара, сначала выпил только кровь и поспал. А только потом наелся от пуза и вразвалочку побежал дальше.
Туда, где вилась караванная тропа.
