— Что это за твари?
— Это охрана императора, — откликнулся колдун, тяжело дыша. — Императорские маги из святилища Эрлика. Каменщики!
«Что значит — „каменщики“? Масоны, что ли? Или булыжниками кидаются? Горы рушат?»
Спросить я не успел.
— Берегись! — крикнул Нишай.
Меня едва не окружили — заболтался. Но и этот внезапный бросок пятерых был тоже похож на попытку чьей-то руки — схватить и утащить добычу.
— Они похожи на пальцы! — выкрикнул я. — На пальцы руки!
Нишай выругался, помянув холощёных баранов.
— На хрен твоих баранов! — заорал я на него. — Учись, бл…ть, нормально ругаться! Е…ть их всех, вместе с их молниями, амулетами, камнями!.. Понял?
— Понял! — перебил Нишай и разразился истерическим хохотом. — Камни! Их жрёт Эрлик через обещанный ка…
Он не договорил — завертелся, зло и отчаянно отбивая молнии.
— Через глаз колдуна? — выкрикнул я. — Чёрный такой?
— Да! Все они — мастера камня. Каменщики. Те, кто умеет создавать обещанные камни из страданий и смерти! Колдуны более низкого ранга только кормят такие камни! Потеряв свой, я не могу сделать себе замену! А они — могут! Каменщики! Эрлик дал им эту способность! И вот теперь он призвал их! Они уже не люди, Кай! Они — рука Эрлика! Он пожирает их души и скоро сожрёт совсем! Перетечёт через них в наш мир!
— Значит, надо мочить их быстрее! — я крутанулся, скрещивая мечи и принимая на них молнию.
Куда же быстрее-то? Вот же проклятые твари!
Колдуны никак не реагировали на наши крики, но призрачный уродец, парящий над паланкином, услышал слова Нишая.
"
"Он ткнул в мастера чёрного слова указательным пальцем, и колдуны, повинуясь его движению, рванулись вперёд, прямо на наши мечи. Тупо, бездумно, бессмысленно, словно они и в самом деле были лишь продолжением пальца Эрлика.
Нишай выкрикнул защитное заклинание, а я воспользовался надвигающимся на меня «пальцем», чтобы вызвать выплеск белого сияния.
Оно спасало меня уже пару раз в критических ситуациях.
Плескало так сильно, как мне самому не удавалось вызвать.
И я обманул себя. Изобразил ужас — гибну! И выкинул вперёд запылавшую белым руку с мечом.
Правую, в которой был трофейный найманский меч. Может быть, и драконий, но не чета моему левому. Если сгорит — не так жалко.
Кристально-белый свет молнией ударил в переднего колдуна, разбил его, как склянку, и в лицо мне плеснуло чернотой.
