Симар помог ему, и мы выбрались из ущелья уже втроём.
К этому времени почти все наши, кто остался более-менее цел, были снаружи.
Зайцы искали между камней розетки толстянки и лопали, они были голоднючие. Волки с большим интересом принюхивались, поглядывая в оседающий туман.
— Надо бы сделать вылазку и драконятину поискать, — сказал Майман. — Звери нервничают, чуют. Какие-то туши сгорели или провалились в трещины, но запах-то есть, значит, и мясо рядом имеется.
Один из охотников вскинул лук, уловив какой-то шум в тумане.
Но это вернулись Ичигин и… Мавик.
Волк явился «обутый» в мои повязки. На спине у него в перекидку были пристроены два здоровенных мешка.
Бока Мавика за время прогулки раздулись, окровавленная морда лучилась от удовольствия. Но ко мне он кинуться с приветствиями поостерегся.
Ичигин тащил на спине третий мешок, тоже приличных размеров. Судя по следам крови на коже и возбуждённым повизгиванием волков — там было драконье мясо.
— Погиб Мальчик, — сказал Ичигин, опуская мешок на камни. — Ходил искать.
Думал — выжил. Скулил кто-то ночью, жаловался.
Часовой почесал в затылке — как эти двое слиняли, никто и не видел.
Я хотел поругать Мавика, но Ичигин заступился за него, сказал, что сам позвал зверя с собой. Мавик — единственный, кроме диких, кто умеет ходить во тьме.
Увидев, что хозяина отпустило, Мавик ткнулся носом мне в щёку, стал тереться об меня, повизгивать.
— Ну чего тебе ещё? — спросил я сердито.
— За подружку просит, — пояснил Ичигин.
И из тумана на секунду показалась голова Нисы и снова нырнула в туман.
— А ну, выходи, лохнесское чудовище! — обрадовался я. — Где вы её нашли?
— Так она и орала, — ухмыльнулся Ичигин. — Забилась под камни, завалило её. Раскапывать пришлось. Иди, иди, — сказал он драконице. — Боится, что ругать её будете.
Я бы и поругал. За трусость. Но Шасти, услышав, что Ниса нашлась, с писком кинулась к драконице, обняла её за шею, стала поглаживать, чесать под челюстью.
И Ниса робко куликнула. Она совершенно не пострадала в ночном бою, и даже сохранила и седло, и упряжь.
И часть сумок, что закрепила у неё на спине Шасти."
"Девушка тут же залезла на спину драконицы, стала рыться в сумках и радостно вскрикивать: были там и бинты, и горшки с эликсирами.
Ичигин развязал мешок с драконьим мясом. Волки заплясали вокруг него. Только Мавик зевая плюхнулся под бочок к Нисе и засопел. Этот прохиндей был сыт.
— Похоже, дело налаживается, — обрадовался Айнур. — Сейчас разобьём здесь лагерь, устроим лазарет.
