Из-за инцидента сбился цикл или впервые это, вообще, произошло, Кайе то скоро будет лишь 14 лет — не важно. Важно то, что надо ликвидировать «протечку».
— Помогите, пожалуйста, — жалобным голосом сказал я в браслет.
Не прошло и минуты, примчалась медсестра. Кратко обрисовав ситуацию, запросил у нее помощи.
После душа, медсестра научила меня пользоваться гигиеническими принадлежностями, которые используют в таких случаях.
Не успел я закончить с этим смущающим делом, как объявилась Марина.
С сочувствием взглянув на меня, та сказала:
— О! Ну теперь ты уже почти взрослая девица.
Как себя чувствуешь?
А как я себя чувствовал? Хреновенько, собственно. О чем и сообщил моей гостье.
— Жаль. Времени у нас немного, меньше месяца, а нам еще тебя подготовить к «свободному плаванию» надо, с твоей амнезией… Отдыхать будешь или будем познавать окружающий мир?
— Познавать мир, — не задумываясь, ответил я.
— Хорошо. После завтрака придешь в 316 кабинет. Это на третьем этаже главного здания.
— Окей, — ответил я, слегка забыв про то, что американизмы тут не в ходу.
Марина приподняла бровь, не поняв, что я сказал."
"— После завтрака буду в 316 кабинете, — продублировал «русским по белому» я.
После завтрака.
Просторный кабинет в светлых тонах. За длинным столом сидят трое человек, две взрослых женщины и девочка-подросток.
Сижу перед монитором, Марина мне на голову одевает шапочку из проводов. Нина Степановна, — так мне представила Марина свою коллегу — детского психолога, — настраивает на своем ноутбуке программу для снятия мозговой активности.
— Итак, Кайа, — сказала психолог, закончив возится с программой, — с сегодняшнего дня мы будем восполнять пробелы в твоей памяти и готовить тебя к жизни в социуме. Ты, насколько я знаю, будешь жить и учится в закрытой школе для девочек?
— Да, кажется, в Пансионе воспитанниц Министерства Войны.
Она кивнула.
— Начнем мы, пожалуй, с не очень хорошего, дабы хорошим закончить.
— Ничего не имею против, — ответил я и улыбнулся.
Мне стоит больше улыбаться людям. Я заметил, что Кайа, в моем исполнении, совершенно не похожа на девочку ее возраста. «Очень неприятный ребенок», — подумал я глядя в свое отражение.
— Хорошо. Покажи свои запястья, — попросила она, что я и сделал. — Какие мысли у тебя возникают, когда ты видишь свои шрамы?
— Я об этом стараюсь не думать. Но жизнь мою они сильно осложнят.
— Сами шрамы?
— Нет, то что вызвало их появление.
