Шевалье, безземельный рыцарь, эсквайр — зачем мне эта шелуха? Нужен хотя бы баронский титул, как в прошлой жизни.
[Если титул так себе, меня ни на одно серьёзное мероприятие не пригласят.]
* * *14 июля, Теон
Мне всё же пришлось воспользоваться визиткой Крофта. Лорд от своего имени поставил МОИ пять миллионов на мою победу во втором этапе. Услуга за услугу, как говорится. Семьсот тысяч мы с Альфи приберегли на всякий случай. Мало ли какую подставу устроят организаторы Лиги Ветеранов. Но всё обошлось.
Не считая слежки на входе в Колизей, попытки ментального внушения в коридоре и нападения в раздевалке… второй тур Лиги Ветеранов прошёл без нареканий.
Уже на следующий день через стороннюю компанию лорд Крофт перевёл на мой банковский счёт восемнадцать миллионов флоренов. Об этом я узнал только через пять дней, ибо бегал по городу, избавляясь от возобновившейся слежки. Последние двое суток из них и вовсе провёл, маскируясь под грузчика в порту.
Меня искали! Причём весьма усердно. У преследователей появились поисковые собаки и артефакты со слепком ауры.
Судя по гербам на одежде частных войск и переговорам наёмников, шумиху поднял клан Эррол. Те самые отравители лорда Крофта. Есть тут какая-то взаимосвязь или нет, я так и не смог понять. Низовые чины их личной гвардии ничего не знали.
Домой к Альфи и эльфийкам удалось вернуться только на неделю. Оставшиеся два дня до финального раунда Лиги Ветеранов я провёл прямо в Колизее. Маскировался то под уборщика, то под охранника, то под зрителя на трибунах.
Выяснил заодно все запасные выходы и входы. Кто-то ОЧЕНЬ сильно старался не допустить меня до финала.
Одно новостное издание Теона объявило награду: один миллион флоренов за достоверную информацию о Чаке Норрисе. Как я и подозревал, издательство принадлежало клану Эррол. По какой-то неясной для меня причине драконы не стали впутывать полицию в свои грязные делишки. Могли ведь легко сфабриковать дело, но нет! Ничего подобного не произошло.
Последнюю ночь перед финалом я и вовсе провёл, замуровав себя в стене около комнаты отдыха — перекрытия толстенные, фундамент крепкий.
Появление лишней комнаты никто сразу не заметил."
"За двадцать минут до начала боя сработал мой будильник. Проснувшись, я, зевая, выломал слой штукатурки. Затем, поприветствовав ахреневшую от такого появления охрану и журналистов, направился в раздевалку. Внутри никого не оказалось. Ни убийц, ни записки с угрозами. Вообще ничего! Я даже стены проверил на наличие бомбы и артефактов. Пусто.
