Рука его со скрипом сжимает пистолет.
— Мама! — раздаётся крик из-за угла.
А там мужчина уже хватает маленькую девочку на руки — промедление в полсекунды. Убийца показался в коридоре, за спиной. Выстрел! Всего один, но точно в сердце. Пуля, предназначенная для отца, навылет пробивает сразу двоих.
Убийца перешагивает через тело, проверяет пульс мужчины.
Три тела, три оборванных судьбы.
Шумит вода на кухне — первый этаж. Играет музыка наверху. Убийца проверяет кухню — никого. В гостиной тоже пусто. Поднимается на второй этаж — спальня родителей.
Тут чисто. Заходит в детскую… кровати две. В углу лежит подарочная коробка «C Днём Рождения, Максим».
Максим?
Щелчок запасной двери на первом этаже. Но не входной — та открыта настежь. Убийца мчится вниз, мелькают ступеньки лестницы.
Вот чёрный ход, дверь открыта!
Убийца делает шаг наружу, рука сжимает револьвер.
Секунда, первая-вторая. Глаза убийцы привыкают к вечерней темноте. Там невдалеке мальчонка лет двенадцати, проваливаясь в небывалые апрельские сугробы, мчится в сторону городской стены.
Там смерть, там монстры, убийца знает… вскидывает руку, подставляет другую для улучшения опоры.
— С Днём Рождения, Максим! — шепчет он. Выстрел. Мимо. Ещё один! Тело парня падает на снег, на брызги крови. — Спокойной ночи, Максим. Передавай привет дедуле.
Картинка мира перед глазами дрожит. Убийца моргает, не понимая, что происходит. Вдох, тяжёлый, он хватается за грудь. Ему кажется, будто воздух стал густым и вязким. Страх наваливается на стрелка в предчувствии беды.
Дух-хранитель? Развернувшись, он переступает через тела мужчины и девчонки. Видит дверь в кладовку на кухню. Та открыта. Дитя второе сидело там⁈ Возможно.
Шаг, гостиная, открытая входная дверь. И вот убийца уже покинул место преступления, не оставив следов после себя.
…
Акт второй.
Воздух над домом задрожал. Снег повалил сильнее, заметая все следы. Дух очнулся. Но дух ли?
— Моя Ан-ге-ли-на… — пророкотал лёд на крыше. Дрожит от голоса вода, текущая на кухне из-под крана.
Снежинки влетели в дом сквозь двери. Те открыты настежь. Холод, казалось, коснулся всего и вся. Заглянул в каждый скрытый уголок, дотронулся до трёх тел, лежащих на полу. Воздух вдруг закружил над убитой женщиной.
— Ан-ге-ли-на… — донёсся голос духа, полный гнева. Земля, вода и воздух — всё задрожало с утроенною силой. Земля вот-вот разверзнется в пучине. Та сила, что очнулась, собралась разрушить весь город в порыве праведного гнева.
